Онлайн книга «Ведьмина Ласка»
|
— Девушка у меня утонула… — пожаловался я, добавив в голос тоски. Девки до того любят жалеть убогих и судьбой обеденных — хлебом не корми. Вот пусть сразу проникнется, по глазам вижу, что проняло. Говорят, что слова ничего не значат А сами слова не плачут Не блестят, не приносят удачу — Это просто слова Не лечат, не ранят сами Но нашими голосами Меняют мир полюсами слова Опять запело! Так и с Кондратием недолго познакомиться с перепугу-то. — Видишь! Точно не надо чинить? Вот проснёшься ты ночью нужду справить, оно как заорёт дурным голосом и всё — больше ни в чём, кроме савана, нуждаться не будешь. — А саван при чём? Ну точно ампутировали! И чувство юмора и здравый смысл, видать. — Укрыться. — От чего? — кот и тот лапой морду прикрыл! Я в отражении окна видел. Клянусь! Или, может, умываться принялся — черти его знают. — От звуков посторонних, — за беседой Василиса успела нырнуть в холодильник, достала оттуда банку тушёнки и чахлый огурец. Скудный у Ядвиги провиант, однако. Ещё б бутылку самогона и будет набор почётного алкаша. Впрочем, с такой-то бабулей сам Бог велел. Иначе, чем всякую чертовщину себе объяснять? А тут жахнул и всё ясно — белочка заглянула. Тем временем, девица достала нож консервный, приладила в желобок, и видать с одурью, на какую была способна, шлёпнула сверху ладонью. Ну сразу видно, что с юмором, что с банками беда. Хотя смешить точно умеет! Такое тут началось: кто куда, банка в пляс круговой по столу зарядила, вертясь волчком соскользнула на пол, Васила, недолго думая, на мой вкус, красиво изогнувшись в талии попыталась ловить, но куда там, только по ноге себя саданула да ногу ключом поранила. Н-да-а… Орать у неё, конечно, не хуже кота с отдавленным хвостом выходит. Неудавшийся ужин покатился аккурат в лапы к сидевшему у дверей ворону. И ворон вдруг сноровисто зафиксировав банку когтистой лапой, перевернул и постучал по ней клювом. Из образовавшейся дырки вместе с воздухом выступило несколько капель подливки, разнося по кухне дурманящий запах еды. Живот свело от голода. Два кусочека колбаски У тебя лежали на столе Ты рассказывал мне сказки Только я не верила тебе Запело радио. — Ну цирк у вас тут, — это ж надо такое представление с банкой тушёнки! Хотел было поднять её, но ворон больно клюнул протянутую ладонь. Зараза. Может, тоже заколдованный? Простая птица разве таким умом наделена? — Ты цела там? Василиса уселась прямо на пол и с интересом костоправа изучала свою ногу. Сел рядом на корточки, не спрашивая, схватил босую ступню. Ладная такая, узенькая, кожа прохладная, нежная. Приятно касаться. Она вздрогнула, попыталась отдёрнуть пленённую конечность. — Да погоди ты. Не съем же, в самом деле! — ощупывая пальцами пострадавшее место на островке между пальцами и подъёмом, заключил с важностью дипломированного врача: — Ушиб просто. Даже вот не оцарапало. Синяк может будет и всё. — И вроде пора отпустить. Диагноз поставлен, а пальцы продолжают как зачарованные сами наглаживать покрасневшее место ушиба. — Ногу-то отдай! — потребовала потерпевшая, пошевелив большим пальцем для привлечения внимания. И пальчики у неё тоже аккуратные… Ухоженная — сразу видно. Нехотя выпустил ступню из рук, не заберёшь же с собой, в самом деле. Да и приставать не к месту: свалить пора, пока чужие штаны не приметели и не потребовали снять. Хотя по её требованию я б быстренько. Очень уж аппетитная. |