Книга Академия СКАТ: между нами космос, страница 95 – Мию Логинова, Алана Алдар

— Кто-то очень тщательно охранял это место от чужаков, — заметила Йен.

Прутья оказались покорежены, на стенах камень стесало мощным потоком, как будто резали лазерным лучом.

— Похоже на технический взрыв, — подтвердила Йен.

Перебравшись через завал, мы оказались в полуразрушенной пещере. Из-под камней торчали куски арматуры, столов, чего-то, что напоминало стекло или другой жаропрочный, прозрачный материал.

— Это лаборатория?

Йен присела на корточки вслед за мной, разворошила несколько мелких камней. Обломки микросхем, старые, переломанные платы, обрывки бумаг:

“Я понял, какую чудовщную ошибку мы совершили. Все это казалось светлымбудущем, но теперь мне ясно, что всех нас просто использовали. Мы — подопытные крысы. Последние пробы, проведенные на образцах Т12 и Т 3425 не определили форм жизни. Образцы функционируют нормально и не отличимы от здоровых особей. Это начало конца. Необходимо уничтожить все исследования. Нужно взорвать рудник и лабораторию…”

Дальше бумага обгорела. Мы попытались найти еще какие-то записи, но на клочках сохранившихся журналов остались только малопонятные формулы, схемы и расчеты.

— Не определяет форм жизни. Как наши FBOT. Это место как-то связано с тем, что на планете как будто бы нет жизни, — как пелмянник ученого я знал, что постоянно ведутся различные эксперименты с породами и генетикой, чтобы улучшить жизнь союзных планет. Мы победили многие болезни, голод и эпидемии. И вот теперь, кажется, перед нами доказательство того, что и жизнь мы тоже победили. Вспомнились слова сторонников деградации, что Терру уничтожило не солнце, а люди.

— Звучит жутко, — заключила Йен. Мы какое-то время еще копошились в лаборатории, окончательно убедившись, что взрыв случился-таки не сам собой. Некто, чьи записи мы нашли, пытался уничтожить разработки и саму лабу. Видимо, слишком поздно.

— Судя по датам, это произошло уже после закрытия границ Антареса и попыток выйти из Содружества, — Йен вертела в руках остатки какого-то прибора. Я такой видел впервые в жизни, хоть часто бывал с Даном в лаборатории дядьки.

— Все это очень тревожно, — кошка повела носом и привычно уже заскользила хвостом по стенам. — Там за завалом еще какие-то помещения, но слой камня очень толстый. Мы не пройдем без техники. А если попробуем взорвать, все просто рухнет нам на головы и похоронит заживо.

— Ну нет, помирать рано. Нужно найти своих и поделиться найденными сведениями. Давай вернемся к источнику, отдохнем, искупаемся и потом попытаемся просканировать округу. Должен же был быть поселок, где жили сотрудники этого места. Может быть там нам удастся что-то узнать.

— FBOT все еще не видит жизни.

— Может, это тоже следствие эксперимента? Все здесь он тоже не определяет. Видимо, порода как-то глушит сигнал. Естественный природный глушитель волн любого спектра? — Я подхватил камень с земли. Красно-коричневая порода. На вид просто булыжник.

— Нужно будет попробовать раздробить настоянке и провести спектральный анализ.

— Что ж, тогда не стоит мешкать.

Добравшись до стоянки, мы выяснили, что камень костюм тоже в упор не видит. Окончательно уверившись, что руда глушит любой сигнал, решили, что здесь самое безопасное место для ночлега. Определить нас с атакеров или радаров просто невозможно.