Книга Надеюсь, увидимся еще не скоро, страница 2 – Габриэль Коста

Во-первых, жнецам запрещалось влезать напрямую в дела смертных. Контактировать им, конечно, с ними разрешали: говорить, касаться; кто-то даже умудрялся иметь сексуальные связи, ходить на мастер-классы по живописи, вокалу и прочему. А вот, к примеру, вмешиваться в события типа уличной драки было нельзя – тем самым они могли спасти или, наоборот, погубить человека.

Во-вторых, люди могли увидеть жнеца только в двух случаях: в первом – когда тот лично обращался к ним, смотрел на них, говорил с ними или дотрагивался до них; во втором – когда человек был близок к смерти или уже умер. В первом случае стоило жнецу потерять контакт с этими людьми, как все воспоминания о нем исчезали.

Джихвану это все подходило.

Когда он еще не получил пулю в сердце, его называли добрым и отзывчивым, часто приглашали в гости и искренне радовались его компании. Ему удавалось сохранять эти черты характера примерно двадцать лет и после смерти, а потом произошла профессиональная деформация, и улыбка исчезла с его губ, глаза уже не искрились наивностью и любопытством. Свободные футболки, шорты сменились строгим костюмом-двойкой и пальто по погоде – так проще было вписываться в окружающий мир. Нельзя сказать, что безразличие и холод сковали его сердце, но с каждым годом все меньше и меньше вещей вызывали у него эмоции. И вот спустя столько лет служения высшим силам он перестал как-то реагировать на происходящее. Последние шестьдесят лет он вообще жил мыслью об одном дне, и он, к счастью, настал. Хотя вряд ли куча людей в здании, где проходило прощание с умершим, оценили бы его нетерпение.

Джихван затушил сигарету и бросил в урну. У него хватало совести не мусорить даже после смерти.

Он посмотрел на белые хризантемы, которыми обложили все вокруг небольшого дома. Красиво. Тут Джихван не мог спорить. Такое он видел далеко не в первый раз, однако сейчас не мог оторвать глаз.

В этот раз все затянулось, будто кто-то издевался над ним. Неудивительно. Ситуация немного отличалась: сейчас все произошло по естественным причинам.

Джихван шел по вымощенной гравием дорожке, чтобы на обочине поднять одну из хризантем. Он вдохнул запах и прикрыл глаза. Даже скулы заболели от забытой улыбки. Люди то и дело заходили в дом, чтобы проститься с покойным, поэтому жнец решил подождать, как и вчера, со стороны черного выхода. Тут ему компанию составляли лишь цветы, пчелы да старик-охранник. Он выпрямился слишком резко, из-за чего его волосы, обрамляющие лицо, слегка колыхнулись.

Кто бы что ни говорил, но смерть бывает красивой. Чистой. Долгожданной.

Однако понять это можно, лишь пройдя по следам Джихвана, а такое никому не пожелаешь.

– Здравствуйте, аджосси[2]. – Джихван поклонился охраннику.

Старик встрепенулся, словно спал. Люди часто так реагировали, когда перед ними появлялись жнецы. Джихван посмотрел по сторонам, чтобы никто больше не видел их, а то могла получится неловкая ситуация, будто бы охранник разговаривает с воздухом. Когда-то так после бесед с Джихваном пару человек забрали в клинику – проверить голову.

– О, я не заметил тебя, – почесал затылок старик. – Появился как из ниоткуда.

– Возможно, и так, – усмехнулся Джихван. Ему стоило быть обходительным. Застывший маской на лице цинизм редко помогал диалогу. – Аджосси, людей все так же много?