Книга Измена: Ты (не) мой генерал. Книга 1, страница 89 – Ирина Манаева

Отдав приказ начальнику стражи собирать в дорогу лучших воинов, он отправился в конюшню узнать, сможет ли его жеребец вынести дальний путь.

— Я так скучала, — женские руки обхватили импера со спины, прижимая к себе, но Найл тут же схватил тонкое запястье, разрывая объятия, и вывернул девицу так, что она оказалась прижатой к стене. Бросив взгляд по сторонам, он увидел, что их близость стала достоянием нескольких рабочих, и потащил Мариолу в ближайшую конюшню.

— Если не хочешь, чтобы твоя голова висела на императорском заборе, веди себя иначе, — он отбросил её руку так, что дочь кухарки чуть не упала.

— О, Найл, разве ты не любишь больше меня? — спросила, широко распахнув глаза. — Мне казалось…

— И это правильное предложение! Тебе казалось, треклятая девка. Не знаю, что ты вбила себе в голову, но твоё место в моей постели лишь тогда, когда я позволю! Ты не смеешь касаться импера при всех!

Её глаза цвета молодых листьев наполнились слезами.

— Ты никогда не был так груб со мной! — пыталась защититься.

— А ты вела себя тихо, — тут же отозвался, поправляя черный плащ и ремни, удерживающие оружие. — Грядут большие перемены! Трон в опасности, и кто знает, кто будет следующим императором.

Конечно, Найл видел там себя, но в открытую говорить об этом с девкой, которая не в силах держать язык за зубами, не стоило. Он мог доверять лишь себе, даже среди стражи не было человека верного, с которым можно было бы обсуждать подобные вещи. Норальф намеренно приставил к нему своих людей, и вырос Найл среди врагов, научившись сам грызть глотки окружающим. Кругом уши, и, если он не хочет быть насаженным на кол, следует быть предельно осторожным. Именно это помогло Найлу выжить в замке, и он не готов расставаться с жизнью ни при каких обстоятельствах.

Искусство боя Найл познал от лучшего придворного мастера оружия — лорда Гордаля, голова которого несколько лет назад увенчала забор имперского дворца, когда он перешёл дорогу Норальфу. С тех пор в жизни Найла не было никого, с кем можно говорить обо всём.

— Ты больше меня не любишь? — брови Мариолы сложились в вопросы, и Найл умерил свой пыл.

— Не говори о том, чего нет! — сказал спокойнее. — Я никогда не обещал тебе того, что не могу дать. Если ты не так глупа, как показываешь, то должна понимать: я не могу жениться на такой, как ты.

— Не можешь, — повторила тише, чувствуя, как разрывается сердце от его слов. — Или не хочешь? Я отдала тебе самое ценное — свою честь!

— Она ничего не стоит для таких, как ты!

— Таких, как я? — её губы дрожали. — Порой у обычных эльфов больше достоинства, чем у королей! — с вызовом ответила на это. — И я не понимаю, за что могла полюбить такое чудовище.

И если бы кто мог проникнуть в мысли этой несчастной, он бы увидел, как борются в ней чувства друг с другом, и готова она на всё, чтобы Найл испытывал к ней то же.

— Мне надо уехать, — импер подошёл к одной из лошадей, погладив её по голове, и даже это касание вызвало в Мариоле всплеск ревности. Он ласкал животное, когда мог подарить нежность ей. — Слышала, что сюда едет мой брат? — повернул голову в сторону эльфийки. — Вернее, какой-то самозванец. Если бы Ингальвур был жив, мы бы отыскали его раньше.

— Я слышала, что он добр и отважен, и скоро мы станем жить, как при Джоралфе! — с вызовом сказала она, и Найл осмотрелся.