Книга Ягодная лоза, страница 19 – Тата Шах

— Ты отослала ему сведения?

— Нет. Дала вам шанс сбежать из страны, замести следы. Но так как я не дала ему результатов. Кто-то другой поможет. Его деньги решат все.

Сын поднял пистолет, целясь в мою голову. Я была быстрее на долю секунды. Он решил окончательно избавиться от свидетельницы. Только бы сказал обо всем отцу. Тот ведь не совсем потерял мозги, должен оценить риски. Хотя, каждый выбирает сам свою судьбу.

Через пару дней задавалась вопросом. Я не ушла на перерождение. Почему я все еще здесь? Буду бродить по миру неприкаянным приведением, пока кто-то не отомстит за меня? Илисамоубийство действительно закрывает врата в рай? Слышала слова сожаления Пети.

— В том году я убил нечаянно свидетеля, и Дима взял меня на поводок. Может и меня пронесет, если их сдам.

Я понимаю твою боль Петя. Сама не ожидала, что близкие могут предать.

Видела наигранные сожаления сына и мужа на своих похоронах, как искренне безутешна дочь. И слышала, как горят пятки под ним, получая наслаждение. Приведения могут испытывать эмоции? А может это всего лишь моя душа. Что там говорят религии? Что душа уходит на сороковой день? Мне удастся проверить теорию Маркса и священное писание.

— Пап, вот это дело.

Они читали мои наработки, бледнея.

— Она не соврала. Надо же любила меня до последнего.

— И что теперь?

— Девка сыграла хорошо, но охомутала не того, — как раз того, кто готов был предать, кто притянул к себе такую же женщину, каким являешься и сам. Голос мужа прозвучал слишком зло, — чтобы через час ее не было в городе. Пусть память ей отшибет.

— Хорошо, а не будет подозрительно, что я не остался на поминках?

— Иди, я прикрою, как всегда.

Сын уходил с опущенной головой. Должен был проверить информацию сразу, а они отложили все на потом. Для меня время летело по-другому. Сколько прошло дней с моей смерти? Вдруг заметила фигурку дочери. Иди отсюда, малышка. Такие знания не должны волновать тебя. Беги! Она пошатываясь пятилась назад. Успела, выдохнула, зашелестев ветром. Муж сел в мое любимое кресло и вдруг зашептал.

— Надо же, никому верить нельзя. А ты одна прикрывала мне спину, — понял, но все может быть поздно. Если бы они проверили информацию, хотя бы вчера. Петька ведь мог уже давно послать ее заказчику, — убрать ее не выход. Надо сдать муженьку, — он нервно набирал номер сына. Но тот уже исполнил свое дело, — черт. Ему наверное информация будет нужна. Кого воспитали? Бездушного исполнителя. Хоть что-то сам бы надумал. И что теперь? Бежать не выход. Надо приготовить откупные. Узнали мол слишком поздно, когда перерывали сейф покойной жены. И надо нанять какую бабу, похожую, чтобы он удостоверился, что мы не при делах.

Уже ближе к мозговому штурму. Но он не успел. Бизнесмен уверенной походкой входил в дверь гостиной. Улыбнулась мужу на прощание. Карма она такая. Я не умею предавать и от близких не ждала предательства. В этотмомент я не испытывала ничего. Радости не было. Меня не волновало, что будет с ними. Мне бы спасти дочь. Мысли заволновались, выдавая абсурдные идеи. Может пусть испытает свой этот прибор на мне. Какой бизнесмен не мечтает жить вечно?

Дальше я изучала приемы призраков, вспоминания все виденные ранее фильмы. Мне необходимо было послать весточку дочери. Получилось на пятый день написать в ванной на стекле «испытай прибор. Сможешь откупиться от врагов отца». Это заняло все мои силы. Даже не представляла, что смогу не только издавать звуки, но и написать. Очнулась в своем доме и, не изучая обстановку, не желая знать степень наказания предателей, помчалась искать дочь. Лишь она заслуживает спокойной яркой жизни.