Книга Омега для альф, страница 75 – Алисия Небесная

— Пить хочется, — добавила, облизнув пересохшие губы.

Без лишних слов встал и направился вниз. На кухне бабушка уже колдовала у плиты.

— Воды, — бросил на ходу, открывая шкаф.

— Никуда. Вот, возьми отвар и еды, — строго сказала Марта, ставя передо мной кружку с тёплым травяным настоем и тарелку с бульоном.

Вздохнул, но спорить не стал. Взял всё, что велела, и поднялся обратно. Алекс уже был там, стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на Клэри с тем выражением, что означало одно — сейчас будет лекция.

— И куда ты собралась? — голос был ровным, но в нём сквозил стальной тон.

Клэри уже пыталась подняться, откидывая одеяло.

— Не могу просто лежать! — огрызнулась, но голос ещё слаб.

Поставил кружку и тарелку на тумбочку, подошёл ближе.

— Можешь. И будешь, — спокойно ответил, мягко надавив на её плечо, заставляя лечь обратно. — Ты едва не потеряла детей. Постельный режим — это не рекомендация, это приказ.

Алекс ухмыльнулся краем губ.

— Ты слишком упряма, Клэри. Пора признать, что твоё место сейчас — здесь.

Она закатила глаза, но осталась лежать.

Постельный режим. Опять.

Глухая тишина давит. Стены комнаты сужаются, и даже мягкие подушки не кажутся такими уютными. Лежать без движения — пытка, но это не главное. Разум цепляется за одно-единственное слово.

Детей.

Не ребёнка. Детей. Моргаю, взгляд сосредотачивается на потолке. Голова тяжёлая, мысли вязкие, но это слово продолжает пульсировать в сознании, как нечто значимое, как то, что я должна осознать.

— Подожди… — голос срывается на хрип, но мне всё равно. Поворачиваю голову, и взгляд сразу натыкается на Кристиана. Он сидит рядом, облокотившись на спинку стула, но его поза — напряжённая.

Алекс стоит у окна, скрестив руки, но тоже слишком сосредоточен на мне.

— Что… что ты сказал? — голос дрожит, сердце пропускает удар.

Кристиан слегка хмурится, но его пальцы тут же накрывают мои, поглаживая большим пальцем ладонь.

— Ты едва не потеряла детей, Клэри, — голос ровный, но в нём слышится что-то… настороженное.

Детей.

Мир кренится. Воздух становится тяжёлым, будто его вдруг стало меньше.

— У меня… двойня? — с трудом сажусь, но Кристиан мягко прижимает меня обратно к подушкам.

— Да, — отвечает Алекс, отходя от окна и садясь на край кровати. — Два волчонка.

Сглатываю. Грудь сжимает тревога, сердце бьётся в бешеном ритме.

Два.

Два сердца. Две жизни.

— Но… — судорожно вдыхаю, мозг отказывается принимать реальность. — Но как?

Алекс и Кристиан переглядываются.

— Такое бывает, — наконец отвечает Алекс. — В редких случаях.

— Когда омега… — Кристиан медленно проводит пальцами по моим костяшкам. — … связывается с двумя альфами за короткий промежуток времени, организм воспринимает это как сигнал к продолжению рода.

Не сразу понимаю смысл его слов.

А потом ледяная волна осознания накрывает с головой.

Два волчонка. Два альфы. Вскидываю взгляд, и мои глаза расширяются.

— Вы хотите сказать… — с трудом выдавливаю из себя слова, — что у меня дети от вас обоих?

Кристиан не отвечает, но его хватка на моей руке становится крепче. Алекс откидывается назад, его лицо остаётся непроницаемым, но напряжение в воздухе растёт. — Велика вероятность, что да, — подтверждает, пристально глядя мне в глаза.

Резко выдыхаю.

Аппарат УЗИ тихо жужжал, наполняя комнату низким вибрирующим звуком. Врачуверенно водил датчиком по моему округлившемуся животу, его взгляд был сосредоточенным. Алекс и Кристиан стояли рядом, оба напряжённые, молчаливые, следили за экраном, на котором отображались две маленькие жизни.