Книга Любимая ведьма инквизитора, страница 102 – Соня Марей

Я как будто смотрелась в зеркало, только отражение было повзрослевшим.

– Ты знаешь, кем была одна из моих прежних хозяек? – донесся приглушенный голос Алькона.

– Нет, – произнесла мысленно, но в уме мелькнула смутная догадка. Неужели?..

– Прошла тысяча лет. Ты – ее потомок.

Глядя на эту женщину, я понимала, что это истинная правда. Это была не я, но в душе проснулось чувство родства, единства с этой ведьмой древности. Выходит, моя мать действительно обладала магическим даром, и за это погибла моя семья. Но ничем нельзя оправдать жестокость селян, я была уверена – мама никому не вредила.

– Но это не главное. Дело в другом, Йованна.

Волк говорил, а передо мной сменялись картины.

Я видела темное небо и крепость, стаи черных воронов и костры на площади. Видела битву и женщину с развевающимися от ветра рыжими волосами. Видела мужчину, с которым она сражалась – сильного, выше ее на две головы, черноволосого. Потом он обернулся, словно увидев мой дух.

Внутри что-то лопнуло, будто сердце сорвалось вниз с большой высоты. Разрез глаз, губы, подбородок… И крупная бляха на серебряной цепи.

– Именно она наложила проклятье на ведьм и инквизиторов, именно из-за ее слов, брошенных мужу в гневе и ненависти, ведьмы сгорают от прикосновений инквизиторов.

Я больше не могла смотреть в прошлое, слушать голос Алькона. Хотелось плакать – настолько оглушающей была правда. Я не могла зажмуриться и продолжала наблюдать за боем против воли. Окровавленные, они продолжали сражаться насмерть: люди, которые когда-то друг друга любили.

– У них было шестеро детей, после этих событий их раскидало по миру, и каждый пошел своей дорогой, основал свой род. Но вражда навсегда осталась в их сути.

Фамильяр замолк, а я наблюдала, как ведьма падает, и к ней с мечом в руках приближается муж. Перед тем, как испустить последний вздох, она прокляла его и всех инквизиторов, пообещав, что ни один из них больше не сможет прикоснуться к ее сестрам.

– Это судьба, Йованна, – негромко добавил Алькон. – Совпадений не бывает. Спустя столько веков судьба привела тебя к нему, а его – к тебе. Вот и думай, что с этим делать.

Рывок – и я уже стою на ногах в темном помещении, озаренном светом портала. Материя дрожала и переливалась всеми оттенками синего, призывая коснуться, окунуться, растаять в нем.

– Эй! – рыкнул фамильяр. – Ты куда направилась? Нам туда! – и ткнул мордой в направлении обитой железом двери.

За ней Эйван, это я знала точно. После того, как Алькон поведал правду, как я увидела все своими глазами, связь между нами стала еще крепче, неразрывней.

Магия Хаоса все еще бурлила во мне, жаждала разрушения. И я, вложив все желание помочь, спасти, всю решимость и боль, ударила в эту дверь. Если наши далекие предки много столетий назад дали начало этому проклятию, то мы с Эйваном – только вместе – должны положить ему конец.

Не могу поверить, что я снесла защищенную печатями дверь с петель. Наверное, со стороны выглядела жутко: задыхающаяся, с перекошенным лицом и абсолютно белыми волосами, в обожженном платье и шлейфом тянущегося следом Хаоса.

– Алькон, только постарайся не убивать без острой необходимости, – обратилась я к фамильяру мысленно.

– Чтобы убить, нужна необходимость? – оскалился он в ответ. – Эх, скучно с тобой, не то, что с твоей прародительницей.