Книга Попаданка, предсказанная дракону, страница 102 – Надежда Фатеева

Вопль раненого зверя оглушил. Хаос работал на нас. Они не ожидали такого слаженного сопротивления. Не ожидали тролля. Не ожидали, что принц будет драться не как благородный воин, а как уличный боец, используя боль и отвлекающие манёвры.

Но это была только первая волна.

Следующими прилетели двое. Один — с синевато-холодной чешуёй, из пасти его валил ледяной пар. Другой — бесформенный, как сгусток тени, его контуры дрожали и расплывались. Это Маги, а не просто звери.

— Лёд, прямо! Тень, пытается обойти справа, иллюзия! —передавал Людвиг, и я, уже почти не думая, переводила его импульсы в крики.

Лео, оставив хромающего ржавого и корчащегося на земле тощего драконов Грумбу и Элоре, развернулся к новым угрозам. Он набрал воздуха, и его грудь вздыбилась. Но выдохнул он не потоком огня, а сгустком ослепительной, белой энергии — чистого силового импульса. Он ударил в ледяного дракона, заставив того отшатнуться и прервать начатое заклинание.

А тень в этот момент наткнулась на «зеркало» Элоры. Иллюзия создала второго Лео, который рычал и бросался на призрачного дракона сбоку, тот на мгновение замешкался, пытаясь понять, где реальная угроза.

Этого мгновения хватило. Лео, использовав свой хвост как пружину, совершил молниеносный прыжок в сторону и ударил передней лапой, полной бритвенно-острых когтей, по расплывчатому контуру тени. Раздался звук, похожий на рвущийся шёлк, и тень с воем отпрянула, обретая на миг чёткие очертания раненого, похожего на летучую мышь существа.

Мы держались. Минута. Две. Каждая секунда была выстрадана, куплена болью, риском, невероятным напряжением всех сил. Лео метался по поляне, как чёрная молния, отражая атаки, нанося удары, уворачиваясь. Он уже дышал тяжело, на боку тлела полоса от ледяного дыхания, на бедре — глубокая царапина от когтей тени, но он стоял.

А потом пришёл Он.

Не с рёвом,а с тишиной. Давящей, абсолютной. Воздух сгустился, и сквозь разорванный купол вползла, словно сама тьма, огромная фигура. Эдриан Виалар.

Он был в своей драконьей форме, и она была совершенна. Чешуя цвета тёмной меди и воронёной стали отливала зловещим блеском. Каждая линия его тела дышала силой, контролем и нечеловеческой красотой. Его крылья, распахнутые, были шире, чем у Лео. Его глаза, те самые янтарные, горели холодным, безразличным пламенем, в котором не было безумия его приспешников. Там был расчёт. И непреходящая, ледяная ненависть.

Он даже не взглянул на своих корчащихся и раненых союзников. Его взгляд прошёл сквозь боевое построение, сквозь дым и иллюзии, и упёрся прямо в меня. В ту самую точку у родника, где я стояла с Людвигом в дрожащей руке.

—Вот она, —прозвучал его голос в наших умах, тяжёлый и властный. — Моя игрушка, из-за которой ты предал свой род, принц. Мне пора забрать своё.

Лео встал, между нами, издав низкое, предупреждающее рычание. Он был ранен, уставший, меньшего размера, но он не отступил ни на дюйм. —Ты ничего не заберёшь, Виалар. Ни её. Ни мою честь. Ты пришёл сюда умирать.

Эдриан медленно, почти лениво повернул к нему голову. —Ты? Убить меня? Смешно. Ты — щенок, который вообразил себя волком. Я покажу тебе, что такое настоящая сила. Сила, которой не нужны трюки с троллями и эльфийками.

Он раскрыл пасть. И это не было подготовкой к обычному драконьему огню. Вокруг его глотки сгустилось марево, закрутились вихри тёмной энергии. Он собирался выжечь всё — и Лео, и поляну, и нас — одним сокрушительным ударом, в котором чувствовалась та самая, древняя, чужая мощь его новых покровителей.