Книга (Неу) Дачница, или Зомби-семейка наведёт порядок, страница 87 – Ева Финова

Говорил он чисто и без акцента. Что, кстати, странно.

— Скажи, а рыжие эльфы — это модно? — спросила я у Бообека, подмечая одинаковый цвет волос у всех пятерых. Вот только друг юмора не оценил, стоял и тихонько закипал. А зря.

— Не огранённый бриллиант! — Бла-бла эльф протянул ко мне руку, наверняка позабыв, на кой такой явился.

— Алмаз, — поправила я.

— Ну конечно же, Алмаз! Как я мог подумать, что деву зовут иначе? — наверняка самый наиглупейший персонаж в игре понял мой ответ по-своему. Есть подозрение, что любвеобильная линия поведения ему вбита в мозги системой, поэтому тоже ничему не удивляюсь. Осталось только Бообека успокоить. Потому что его убийственный взгляд явно намекал — конфликту быть, и очень скоро.

— Слушайте, господа мои хорошие, — начала я примирительно.

— Ах! Голос тоже выше всяких похвал! — вдохновлённо баловал меня вниманием правитель Листограда.

Медленно, плавной походкой он приближался ко мне и попеременно делал театральные охи-вздохи и взмахи руками, словно актёр на сцене.

— Ты это, встань позади, я разберусь. — Ревнивец, он же товарищ по попаданству, принялся закатывать рукава.

— Вот только не надо начинать ссору, — попросила я, кисло скривившись. — Ты, — я ткнула пальцем в сторону правителя Листограда. — Быстро говори, зачем пожаловал?

— Я? — опомнился Бла-бла эльф. — Эм, вообще-то по сценарию я здесь для того, чтобы остановить вот её. — Он нехотя указал в сторону недовольной гномки.

— Зачем?

— Гробница Хораса IV предваряет собой вход в горные копи, то место, где жили древние дворфы.

— Чушь это всё! — фыркнула гномка.

Хотела и её опередить, но не успела.

— Нет там никаких копей, тех самых. Миф это и выдумка.

— Тебе-то откуда знать? — надменно приподнял брови Блашик. — И уж с какой стати мне верить той, кто претендует на одно и то же?

— О, не, тут я это… того самого, не участвую. — Гномка полезла в рюкзак и медленно вытащила оттуда широкую гранитную плиточку. — Мы тут исключительно из-за золота и ничего больше.

— Золото, — совсем не театрально фыркнул Бласиус. — Да что вам даст это золото? То ли дело любовь! — Он взялся за пафосные речи. — Любовь — прекрасное чувство!Любовь всему голова. Любовь всем мать. Любо-о-овь, она… она… такая любовь!

— Если ещё хоть раз услышу это слово, меня стошнит, — зло бросил Бек.

Монтий поддакнул:

— Бгы.

— Я малость не понимаю, — встряла именно я со своим мнением. — Кто-то мне авторитетно заявлял, будто Бласиус садист и тиран. Разве не так?

— Садист? Я?! — искренне изумился пафосный эльф. Преодолев остатки разделявшего нас расстояния, он встал на одно колено и взял мою руку, чтобы поднести её к губам. Но я ему этого не позволила. Иначе Бообек точно не удержится от пинка по причинному месту, слишком уж удобно встал его противник.

— Так, вы мне это бросьте. Я тоже пришла за золотом, и большего мне не надо.

— Получается, — гномка щёлкала пальцами, — нам с тобой того самого золотишка. Ему любовь и копи. Так чегось, давай-ка это, ну, разделим?

— Чур любовь не с меня, — сказала я.

Кто первый, того и тапки. Всё. Я успела отнекаться, и это главное.

— А с кого? С меня, что ли? — Лицо Чахатты уморительно вытянулось. — Да он рядом со мной пройдёт и не заметит.

— Ой, а кто это говорит? Неужели блоха пропищала? — надменно бросил Блашик.