Онлайн книга «Герой не моего романа»
|
Художница поклонилась, стараясь не выдать сотрясающую ее дрожь. Кажется, она одним махом влетела в дворцовые интриги, и некому будет ее спасти… Первыйсеанс провели тут же — ее величество присела в монументальное кресло, и Мария сделала набросок углем на холсте, попутно привычно узнавая, какой фон и детали желала бы высокородная заказчица. Ее величество оставила все на усмотрение художницы, пожелав портрет-сюрприз. То есть заказчик не видит изображения до завершения работы, оплачивая, по сути, кота в мешке. Но тут королева могла быть спокойна — написать монаршую особу в неприличном виде никто бы не осмелился. Пока королева позировала, ее сын и внук потихоньку ушли, пообещав заглянуть для позирования в другое время. Они тоже пожелали портреты-сюрпризы, на что Маша только тяжело вздохнула. Когда сеанс закончился, и служанка принесла чай, девушка усадила ее в то самое кресло и потребовала рассказать все, что она знала о королевской семье — что любят, что не любят, чем увлекаются и прочее. Конечно, служанка из замка герцога не так часто бывала при дворе, но, узнав, зачем художнице нужно все это, Ирма пообещала узнать все на кухне и тотчас убежала с опустевшим чайным подносом. Глава 14 Постепенно у Марии сложился определенный распорядок дня — с утра она работала над миниатюрами, выписывая сразу две — обычную и пугающую. После полудня к ней являлись сиятельные заказчики и высиживали час-полтора “на натуре”, развлекая девушку беседами. Таким образом Маша, сама того не желая, погружалась в перипетии ухаживания герцога, барона и графа за леди Астер, знала, что подали на завтрак королю или какие кружева будут на платье принцессы. Иногда королева приводила с собой лютниста, и они просто слушали музыку, принц, позируя, читал какие-то бумаги, а юный герцог — старший сын наследника — нередко сам брал лист бумаги и что-то рисовал или писал. Перед ужином заглядывали любопытные барышни, трогали краски и наброски, пытались заглянуть за черную ширму, которая скрывала работу художницы, и всячески досаждали ей. Поначалу Машу ужасно раздражала толкучка в мастерской по вечерам, но вскоре ее особые миниатюры начали появляться в будуаре королевы, и неурочные шумные визиты прекратились. Ее стали опасаться и даже сторониться. Коридоры дворца давно привели в порядок, они стали светлыми, чистыми, во многих покоях появились ватерклозеты и умывальники, но девушка все равно боялась выходить из комнаты одна — первое гнетущее впечатление закрепилось в памяти. С завершением портретов королевской семьи Маша тянула до последнего. Она попала в книгу в феврале и провела в этом мире больше полугода. За окном полетели белые мухи, когда она совсем не торжественно сообщила королеве, что ее работа окончена, и она готова представить портреты семье. Ее величество задумалась, склонив голову, и пожелала провести мероприятие камерно — здесь же, в мастерской, без большого скопления народа. На следующий день король, королева, их старший сын с невесткой, младший сын, дочь и внуки собрались в одной комнате. Маша заранее все продумала, поэтому перед гостями предстал ряд портретов, накрытых темной тканью. — Ваши величества, — девушка выполнила безупречный книксен, натренированный за долгое время при Дворе, — я позволю себе начать с портретов детей… |