Книга Спутница стража, страница 64 – Ольга Пашнина

– Давно ты открыла в себе дар?

– Пару недель назад, – нехотя ответила я. – Меня учит Энджин.

– Значит, пока ты мало что умеешь?

Кое-что у меня все же получалось, пока я тренировалась в комнате, изображая больную. Но об этом я решила умолчать и, пожав плечами, отвернулась. Из-за шума я не заметила, как Марина поднялась и вцепилась в мои волосы, но заорала хорошо. Не знаю, услышал ли Энджин, но даже если б услышал, на помощь прийти не смог.

– Думаешь, Нэнси Дрю13, всех победила?

Тут надо было ввернуть остроумную и емкую фразочку, но я позорно растерялась и выдала двухэтажную конструкцию. Выдала бы и трех, если б не почувствовала толчок и не задохнулась от холодного воздуха. Осознание, что меня выпихнули из вертолета, пришло секунды через две, а потом я ударилась о воду.

Слава всем стражам, летели мы низко, и я только разок хлебнула мерзкой соленой воды.

– Ах ты сука! – рявкнула я.

Фокус, который я проделала в дальнейшем, срабатывал обычно только на мелких предметах. Но гнев и шок от падения усилили способности, и я почти физическипочувствовала, как волна сбивает с ног Марину. Ей не хватило совсем капельки, чтобы тоже вылететь вслед за мной. Но вертолет уже удалялся.

От обиды захотелось реветь. Чем думает Энджин? Он что, Раммштайн14слушает там в наушниках?!

Затем я вспомнила, что на дворе сентябрь и перепугалась до смерти! Я ведь была в холодной воде Белого Моря, а она и летом не прогревается. К тому же, море глубокое. Вот всплывет сейчас подо мной подлодка, буду знать.

Но когда паника стихла, и я начала мыслить логически, пришло понимание, что… не холодно. Совсем не холодно, только мокро и неприятно. Странное ощущение: я чувствую ледяную воду, но не чувствую онемения или дискомфорта. Только тяжело плыть в куртке и ботинках. Потратив изрядное количество времени и свернувшись в позы, которые не снились ни порноактрисам, ни пловчихам-синхронисткам, я сняла ботинки, и куртку. И только потом задумалась, а что я, собственно, буду делать в открытом море?

Мама дорогая, вот это я вляпалась. Это пока они долетят, пока развернутся, и еще неизвестно, какой сюрприз устроит Марина стражу, пока он поймет, как меня искать. И будет ли вообще – фиг его знает, ибо в таких условиях человек бы не выжил точно. Я, видать, держусь за счет сил стража.

Пока я барахталась, успела окончательно запутаться, с какой стороны мы прилетели, где берег, а где остров. Со всех сторон виднелась только серая вода, она же сливалась с серым небом. У меня начала болеть голова.

– Блин!

Утонуть не утону, плаваю неплохо. В крайнем случае, просто лягу на спину и буду дрейфовать… до первого шторма. Или сдохну от голода, но шторм вероятнее, они у нас частенько бывают. Влипла, значит, влипла. И ведь не поймешь, куда плыть вообще, хотя бы пытаться. Вдруг я в Баренцево море плыву? А Энджин меня ищет в другой стороне.

Конечно, я чуть поревела, потому что такого отчаяния не испытывала еще никогда. Умирать совершенно не хотелось, но дурацкая бабская натура нашептывала лечь и пострадать. Вспомни, Инна, все приятные моменты своей жизни, посетуй, что забыла позвонить маме, что не спросила Энджина о поцелуе. Пореви, размазывая сопли, похнычь. Поори во всю глотку, в этом море явно не хватает ненормальной.