Книга Трактирные шалости, страница 35 – Ева Финова

Воистину не перестану удивляться природным явлениям, таким как смерч, ураган или град. Хоть в моём мире им уже давно были найдены объяснения: показатели давления, влажности, температуры и прочее, мой мозг всё равно не улавливал взаимосвязь между низким атмосферным фронтом и прошедшим дождичком в четверг. Ранее я всегдаполагалась на приложения метеослужб в смартфоне, а здесь пойди поищи погодного провидца, который по низко летающим ласточкам определит приближение очередного ливня и шквального ветра. Ага.

Илоша, когда я снова вернулась на кухню после уборки, уже встала и умывалась возле кадки с мыльной водой. Кстати, пора уже менять. Иначе внизу на дне образуется налёт и вода начнёт вонять.

— Ты сегодня разве не выпекаешь? — спросила Ила, кивая в сторону остывшей печки.

— Со вчера много еды осталось, — оправдалась я. — Но ты права, надо бы тесто поставить. К обеду сделать пышек.

— А может, сдобу?

— Можно и сдобу.

Я пожала плечами. В принципе, перетру сахар в ступке, сделаю пудру для посыпки сверху, будет вкусно. И корица тоже была где-то уже готовая — порошком.

— О, точно, улитки с корицей наверчу. Вот были бы грецкие орешки, было бы вкуснее.

— А кедровые разве не подойдут?

— Ой, дорого их использовать, тем более я на масло все перетёрла, которые мне подарили.

— Я, кстати, видела у купцов ванильные стручки, пахнут невероятно! — воскликнула Илона, глаза её зажглись энтузиазмом. Я чуть было не поддалась эмоциям и не наобещала всякого.

Но тотчас припомнила о налоге и задумчиво покосилась к буфету. Сыр мы себе не позволяли, зато разных копченостей было по-прежнему в достатке. О, зато теперь появился грузчик, которому можно поручить тяжести таскать!

Точно!

— Эй, ты меня слышишь? — Илона напомнила о своём присутствии. — Ваниль дорогая, знаю, но запах тоже очень приятный, не хочешь?

— Корицы будет достаточно, — отмахнулась я. — Ваниль бы в кексы пошла, а для булочек пудру сделаю сахарную, этого хватит. Не переживай. И хлеба тоже мало осталось.

— Угу.

— Тогда займёшься тестом на хлеб, как позавтракаешь? А я сейчас пойду окно заделаю и на рынок схожу. Яйца закончились и копчёности пристроить бы какому купцу на реализацию, или просто продать, если возьмут.

— Точно продать? Я на улицу выглядывала, печку твою разнесло к чертям. Уж прости, но как есть.

— Правда?

А, видать, её веткой зацепило! Ох, нет…

— Тогда просто пополнить припасы и к стекольщику загляну.

— Лучше к мяснику, проще плёнку кишечную натянуть, дешевле выйдет.

— Но холоднее, — не согласилась я.

Видела пару раз на окнах эту гадость, не хотела бы я у себя такуюставить. Так ещё и запах от неё идёт мускусный, как от свиного жира.

— Ну, смотри сама. — Она скосила взгляд к дверному проёму, встречая Мстислава. — Можешь у Болъивана спросить, он недавно окно себе стеклил после того, как я камень кинула.

— Илоша!

— Что? Я нечаянно! — выдохнула девочка. Но тотчас добавила — сама себе противоречила: — А что думаешь, как мне было ещё вещи свои забрать, если через парадную дверь меня не пускают?

— Вещи?

Уши мои запекло, неужели она это проделала, пока жила у меня? А я и не знала? Наверняка, Иван её прикрыл, да? Ох…

— Мамины и мои вещи, да. Их Рогнеда наверху в сундуке заперла. Мне нужна была металлическая гравюра — мамулин портрет, чтобы не забыть, как она выглядит.