Книга Трактирные шалости, страница 87 – Ева Финова

— Ага, как же не тронет, — возразила Марфа. — Испокон веков враждовали с ними, а тут не станет грабить и убивать? Ищи дураков в другом месте!

Толпа закивала. Воевода тоже еле заметно склонил голову, приказывая взглядом, найти хитреца.

— Говорю я вам, не тронет! А лучше собрать оружие да присягнуть Елычару, пока не поздно. Потом уж будет не до того, едва хан войска перебросит. Стоять будем на коленях да жизнь вымаливать.

— Ты что мелешь? — послышалось с разных сторон. — Кто тебя за язык тянет? Сплюнь три раза и перекрестись!

Одинокий путник в несуразном наряде, сером капюшоне, тотчас спешился и взял гнедую под уздцы, останавливая фыркающую лошадь.

— Ну-ну, — он похлопал её по холке, слушая дальше.

— Да разве не умер князь ваш? Кому вы служить собираетесь? А коли Елычар здесь, так почему же и не присягнуть и ему оброк не собрать? Воевода, он ведь кто?

— Да, кто же здесь воевода? — спросил путник, повязывая лошадь к стойлу у ближайшего здания. — Почему столько горлопанов и до сих пор не в кандалах?

Узнав голос, тот поспешил махнуть рукой со словами:

— Задержать смутьянов!

— Да как же это?! — возмутились крикуны.

— Княжеский приказ, — ответил ему путник, развязывая повязки тканевого капюшона. — Не признали, голубчики, Великого князя Энского, неужто схуднул так сильно, м?

УлыбнувшисьМарфе, он прошёл к воеводе и похлопал старого приятеля по плечу.

— Кинжал мой у тебя?

— Да, Сивас передал. Иэльдара похоронили рядом с матерью.

— И правильно, — кивнув, князь обернулся к народу. — Вот он я, жив-здоров. Кто ещё желает посудачить о моей смерти, шаг вперёд?

Ошеломлённая толпа, наоборот, сделала шаг назад.

— Говорила же я вам, — злорадствовала Марфа из дома за рекой. — Сам приехал и смуту не допустил.

— Так Елычар же там, за лесом, а мы что здесь?

— Мы исполняем волю императора Сивольда. Тех троих, кто кричал громче всех, взять под стражу. Остальным, кто может защищать земли родные, оружейную открою, выдадим оружие и отправимся на подмогу, чтобы дать отпор врагу.

— А ежели предаст нас князюшка, пожелает сместить отца? — не унимался горлопан, вырываясь из захвата стражи.

— Не предаст. Брат он мой, кровный, я сам лично встану плечом к плечу с ним и вам советую не верить вранью предательскому, — кивок в сторону крикунов в простых нарядах.

— Погляди-ка, цепочка золотая, — послышалось хриплое. — Продал ты свою землю родную за злато и серебро али ещё за какие посулы?

— Старик, — обратилась к нему Марфа. — Иди-ка ты домой, внуков воспитывать. Здеся и без тебя найдётся кому повоевать.

— Да как же я могу? Да я же… — не согласился старец, поднимая вверх деревянный костыль.

— Иди домой, дед, запрись и оборону держи, ежели моя дружина не удержит врага. Вдруг сбежит кто с поля боя и забредёт в деревню грабить, а тут ты?

— Добро, — кивнул дед.

Гордые улыбки появились на лицах людских, едва дед преисполненный достоинства зашагал обратно домой, стараясь повыше поднимать ноги, чтобы не шаркать по утоптанной земле городской площади. Крикунов уже успели связать и утащить, чтобы запереть в ближайшем хлеву.

— Никто более не усомнится в моём здравии? — Мстислав серьёзно оглядел толпу и не подметил ни единого злого взгляда. — Тогда дело будет так…

Небольшое народное войско и дружина княжеская спешно прибыли на место брани как раз к началу сражения. Князь Елычар, облачённый в пластинчатые лёгкие кожаные доспехи, сидел на чёрном статном скакуне. Длинный меч висел на поясе по правую сторону, а за спиной виднелся короткий узкий лук и замшевый колчан со стрелами.