Книга Приют Деда Мороза, страница 6 – Лара Барох

— Кормят и по осени кусок ткани на платье могут подарить, но не каждый год, конечно же. — Хм… а говоришь рабства нет.

Уйти, конечно, можно. Но везде правила одинаковые. А после недавнего мора, лучше пока никуда не уходить, потому что толпы лихих людей заполонили окрестности. Голод вынуждает их даже днем нападать. Вот так-то!

— Ты не думай даже. Наша хозяйка — госпожа Катарина, она самая добрая, из всех на свете. Разное про других рассказывают и бьют, и на мороз выставляют, а у нас такого нет. — Хорошие новости! Правда, все познается в сравнении… ноуже сам факт отсутствия насилия о многом говорит!

— Что за мор? — Тут же насторожилась я?

— Пришел издалека, половину людей у нас выкосил. У них вначале вот такие шишки, — она показала размер, на примере своего кулака, — вырастали, болели невыносимо, и жар налетал. От него и помирали.

Я, конечно, не медицинский работник. Но не про бубонную ли чуму речь? Шишки — это и есть бубоны, жар и скоротечное течение болезни. А летальный исход — почти закономерен. Мне, правда до конца неясно, каким образом чума не выкосила абсолютно все население? Иммунитет счастливчиков спас, или другие обстоятельства? Живы остались, и Хвала Всевышнему!

— А что с хозяйкой-то? Почему она плохо ест? Болеет? — Поторопилась задать вопрос, потому как Ирма стала поглядывать в сторону выхода. Видимо, ее перерыв в работе подошел к концу.

— Ох. — Тяжело и совершенно искренне вздохнула они и опустила плечи. — Мор забрал всю ее родню, даже крошек-внучек не пощадил.

Мы помолчали.

— Мне пора. Ты ешь, — пододвинула она ближе ко мне кусок лепешки. — А я еще к тебе забегу, ближе к ночи.

С этими словами Ирма стряхнула с платья прилипшие травинки и исчезла в проеме.

Откусывая пресную, черствую и совершенно безвкусную лепешку, переосмысливала собранную информацию. Я попала в тело служанки, при этом его обладательница, судя по всему, получила при падении травмы, несовместимые с жизнью. А может ее также переместили? Не узнать! Да и не это главное.

Как я буду обустраиваться в совершенно неизвестном для меня мире? У, меня же совершенно другое мышление? Я использую другие слова в речи. А храмовники? Здесь наверняка они есть. Вот они-то и представляют для меня главную угрозу. Я же не знаю ни единой молитвы. Первый же разговор «по душам», и… как там поступали с ведьмами в Средние века? Даже думать об этом не хочется!

Значит, что? А то! Голову вниз, а рот на замок. И прятаться за спиной Ирмы. Это же касается и отношений с хозяйкой. Легкая улыбка, согласный кивок и, глядишь, примут за свою. Мне нужно выиграть время, чтобы хорошенько изучить этот мир и обстановку вокруг себя. О будущем пока рано думать. Сначала — приспособиться.

На этом лепешка закончилась. Я немного полежала, разглядывая потолок, и решила поспать. Сон, это тоже лекарство!

Уже в темноте меня разбудил девичий голос:

— Грета! Спишь что ли? Нако вот, молоко свернулось и нам немного отдали. — Темнота вокруг стояла такая, что нет разницы закрыты глаза или открыты. Такое я помню только в пещере, когда со Славиком ездили на экскурсию. Эх!

Может, хватит уже вспоминать прошлое? Назад ничего не воротишь, какой смысл душу рвать? Это я разозлилась сама на себя. Ну правда, у меня сейчас полная неизвестность, а я вздыхаю о том, к чему не вернуться. Ну было, да. Есть вещи и поважнее, например, угроза жизни.