Книга Запретная любовь княжича, страница 34 – Яна Епринцева

— Ну чего ревёшь? Больно? — с беспокойством спрашивал Ярополк, заглядывая в глаза любимой.

А девушка в ответ лишь отрицательно мотала головой, не в силах вымолвить ни слова, от переполнявших душу эмоций.

«Может, он подлечит, откормит и тогда наказывать будет? Чтобы ненароком не умерла под плёткой? Чтобы подольше помучить?» — нет-нет, да и проскочат в голове у Ивы тревожные мысли.

Вот только поверить в злой умысел княжича с каждой минутой становилось всё сложнее. Уж больно ласковым и заботливым сделался парень.

После бани вернулись в палаты Ярополка.

Слуги уже успели расстелить большую, богато убранную кровать для сына князя. А также с усердием выполнили его указание: повесили большой замок на дверь соседней комнатки и приготовили постель для пленницы княжича.

Заглянув в эту маленькую коморку, парень с силой захлопнул дверь, отчего она затряслась и жалобно заскрипела. При мысли о том,чтобы улечься в пустую постель, а самую желанную девушку в мире запереть в соседней комнате, душа его неистово протестовала.

— Идём, со мной сегодня спать будешь. Боюсь, как бы ты снова не сбежала, колдунья, — пробормотал он, желая скрыть смущение.

Ярополк подтолкнул Иву в свою опочивальню и захлопнул дверь, запирая себя и ведунью внутри.

— Не сбегу, соколик мой, — прошептала в ответ девушка. — Из каменного терема мне не выбраться, как бы ни старалась. А помощи просить здесь не у кого. Мои слова лишь в лесу силу имеют. Рядом с людьми я беззащитна.

— Соколик? — парень с подозрением заглянул в глаза девушке. — Зубы заговорить хочешь? К чему слова ласковые, коли не любишь?

Ива не ответила, лишь голову опустила. Да, она любила. Ещё тогда, в лесной избушке, отдала она душу и сердце статному молодцу вместе со своею невинностью. А в разлуке чувства её лишь окрепли. Но говорить об этом княжичу девушка не решалась. Да и зачем? Судьбы бесправной любовницы ей не избежать, так к чему терзать душу?

Парень не стал требовать ответа. Он ему и так был понятен. Точнее, он думал, что всё знает и всё понимает. И оттого душа его рвалась на части от, как он считал, безответной любви.

Тряхнув головой, отгоняя невесёлые мысли, он повёл девушку к постели, уложил её на шёлковые простыни и устроился рядом, сжав своё наваждение в объятиях. Он вновь принялся осыпать поцелуями любимое личико, ласкать большими ладонями стройное тело, шептать ласковые слова, от которых в крови разгорался пожар у обоих.

Ива с готовностью отвечала на поцелуи, обнимала княжича, задыхаясь от любви и от болезненной сладости, что дарила близость с желанным мужчиной.

Уснуть им удалось лишь далеко за полночь, когда силы окончательно оставили. Но сон этот был коротким и отрывистым.

Ярополку вновь и вновь снилось, что Ива сбежала. Он без конца просыпался, распахивал глаза и, обнаружив, что девушка тихонько посапывает в его объятиях, прижимал к себе с такой силой, что та просыпалась. Парень вздыхал с облегчением и вновь набрасывался с поцелуями. Как будто желал пометить, заклеймить, сделать своею навеки.

Уже ближе к рассвету, в очередной раз потревоженная княжичем, Ива не выдержала. Она уселась на постели и, протянув худенькую ладошку, легонько прикоснулась к щеке Ярополка, провела тонкимипальчиками по загорелой коже, погладила нежно.