Книга Изгнанник. Право на счастье, страница 84 – Мари Стефани

— Заткнись! — рявкнул Даниэле и с силой ударил меня по лицу.

А в следующую секунду послышался не то рев, не то вой и одна из стен взорвалась. В нас полетели камни, пыль, обломки, какие-то вещи.

«Взрыв бытового газа!» — подумала я, а потом увидела огромную тень, ворвавшуюся внутрь вместе с яростным рыком.

Рассмотреть, что это было, я неуспела. В висок, которой и так пострадал от стучащего молотка, прилетел булыжник. Дикая боль, помутнение сознания, сквозь которое до меня донеслись бешеный рык и душераздирающий крик боли, и наконец, я в спасительных объятьях темноты.

Закрой

Сквозь густую завесу пыли в центре помещения я увидел очертания ритуального камня, на котором лежала неподвижная Злата. На ней без портков возлежал грязный ублюдок и пытался взять ее бессознательное тело. Слепая ярость удушливой волной затопила мое сознание, а глаза заволокло красной пеленой. В один миг я очутился у каменного пьедестала и скинул мерзавца со своей пары. Джованни сгруппировался и довольно ловко приземлился на ноги. Подхватив с пола камни, мерзавец занял оборонительную стойку. Не обращая внимания на воинственный вид соперника, я бросился на него с одной целью — разорвать.

— Вернись в человеческий облик и сразись со мной на равных! Или ты только в драконьем облике неустрашим, а как человек слаб и никчемен? — презрительно произнес этот неполноценный.

И вот как-то раньше, я не задумывался, почему у Джованни нет второй ипостаси? Драконы и люди совместимы, и от нашего симбиоза рождаются вполне полноценные дети с обеими ипостасями. И при этом неважно, в каком поколении наследил дракон. Если в ребенке есть хоть капля драконьей крови, он обернется. А этот мерзавец каким-то образом утратил свою драконью сущность, или ее никогда не было.

— Что слабо сразиться, как мужчина с мужчиной за свою пару? Тогда возникает вопрос, а достоин ли ты ее?

Этот ушлепок ещё и на слабо меня решил взять! Он всерьез думает, что сможет меня одолеть в человеческом облике?

Обернувшись и размяв плечи и шею, я решительно направился к этой падали. Джованни и вякнуть не успел, как я схватил его за грудки. Первым делом от души врезал ему по смазливой морде, раз, другой, третий, стерев с нее спесь. А потом, удерживая сопротивляющееся тело, под вопли боли начал ломать его пальцы один за другим, чтобы впредь не смел прикасаться к чужой самке.

— Нет, хватит! — вопил мужчина от боли.

— Да как бы не так, я только начал! Кстати, ты, кажется, сомневался, что я смогу с тобой справиться в облике человека, — напомнил я.

Пальцами не ограничился, в завершение переломав и его лапы. Но и после этого мне не стало легче. Хотелось разорвать негодяя на куски и скормить гиенам.

Вновь ухватив уже не такого самоуверенного гада за грудки, я пересчитал им камни в кладке уцелевшей стены. Кладка была выложена грубо, камни местами выступали острыми краями,так что стирка на бельевой доске Джованни была обеспечена.

Но и после этого я не получил морального удовлетворения.

Мерзавец даже ответить достойно не смог, позволив мне его изувечить. Тряпка, душманская копия мужика, все на что его хватает так это насиловать бесчувственных девушек. От последней мысли ярость вновь затопила меня. Со всей силы я вонзил трансформирующуюся когтистую лапу в брюхо мерзавца. Думаю, ожерелье из собственных кишок ему пойдет. Но тут меня остановил холодный женский голос: