Книга Личное счастье декана Дем Эрдхаргана, страница 127 – Ольга Токарева

— Сари! — взревел внутри демон. — Сари! — кричал ненаследный. Не понимая, что случилось с их истинной парой.

— Сари, ведьмочка моя любимая… скажи… скажи, малышка, что с тобой происходит? САРИ! — в который раз кричал Саверлах, но не мог докричаться до разума девушки, не мог понять, что с ней произошло. А ещё сердце и душу стягивал липкий страх, окутывал паутиной трепета ужаса, что это он виноват в том, что его невероятная ведьмочка лишилась сознания.

Сколько прошло времени, ненаследный не понимал. Он осматривал девушку магическим зрением, но кроме буйства трёх магических потоков ничего не видел.

Упав на колени перед кроватью, демон взял горячие пальчики истинной пары, зажав в своих руках её хрупкую ладонь, поднёс к губам. С болью в глазах Саверлах смотрел на бледное лицо любимой. С горечью и счастьем понимал, что безмерно любит непоседливую малышку.

Сколько времени он гнал от себя эту мысль, не позволял пробиться росткам этого восхитительного чувства. Но каждый раз, когда прикасался к ведьмочке или сажал к себе на колени непослушное создание, понимал, что проигрывает этот неравный бой с самим собой. Как давно он мечтал насладиться вкусом её сахарных губ. Как давно мечтал раствориться лишь от одного чувства прикосновения. Неужели поцелуй демона так опасен для девушек, в ком течёт ведьмина сила? Ненаследному казалось, что он теряет разум от непонимания и бессилия помочь своей истинной паре. Погрузившись в отчаянье, он не сразу понял, что слышит разговор двоих. Саверлах мгновенно напрягся, но не подал вида. Никто не мог проникнуть в его покои, находящиесяво дворце, осталось лишь выбрать момент и показать, что не потерпит незваных гостей.

— Где мы?

Едва уловимый шёпот принадлежал женщине.

— Не знаю, но помню, что мы уснули на одной кровати с Конаром. Неужели у нашего сына магический дар пробудился?

Мужской басистый голос был полон нежности и счастья.

— Вероятней всего.

В голосе незнакомки слышалось волнение.

— Засыпая, мы с тобой говорили о Сари…

Имя любимой в чужих устах прогремело, как гром среди ясного неба. Отпустив маленькую ладонь любимой, Саверлах резко повернулся, вскочил и замер, смотря на стоящие размытые силуэты мужчины и женщины. Они обнимали черноволосого мальчика лет двух от роду. Незнакомцы во все глаза смотрели на Сари.

— Доченька… — едва слышно прошептала молодая женщина, перевела взгляд на стоящего рядом с ней мужчину. — Аронд, скажи, что я не одна это вижу… Аронд… прошу тебя, — слезы заструились по её бледным щекам. Красивое лицо исказилось в горестном страдании.

Мужчина не меньше незнакомки был поражён тем, что видит, но держался. Он чуть сильней сжал захват своих рук, в которых находились незнакомка и их сын.

— Нашу непоседливую лисунью совсем не узнать. Какая красавица стала, и так похожа на тебя.

Голос мужчины пару раз перешёл на хрип, ему тяжело давались слова, во взгляде глаз струились любовь и боль.

— До-чень-ка… моя маленькая Сари… Боги, как же больно в груди от счастья и горечи, что не могу прижать к себе наше рыжее счастье.

Слёзы застилали материнские глаза, она замирала от страха, боялась пошевелиться, вероятней всего беспокоилась, что сон развеется, а она так и не налюбуется своей дочерью.

— Кто вы? — не выдержал ненаследный.