Книга Леди для короля. Оборотная сторона короны, страница 122 – Александра Воронцова

Он проторчал со мной там весь день. Терпеливо доставал и подавал все, на что я указывала пальцем. Но все было тщетно.

Развить слабый дар можно было за счет второго, и только, но его-то у меня и не было.

И тогда Дуду предложил мне пойти другим путем.

Отвары, зелья, снадобья, яды, в конце концов.

Все это инструменты целителя. И порой они действеннее, чем прямая магия. А правильно сваренный декокт, в котором есть капелька магии изготовителя, может стать мощным средством.

И вытерев слезы, я согласилась.

Что мне оставалось?

Листая монографии, я наткнулась на наблюдение одного из целителей. Он поделился сожалениями, что многие знания утеряны во время войны за Объединение. Однако отметил, что некоторые удивительные по своей простоте и эффективности рецепты сохранились в сказках, а иногда и встречаются в любовных романах. И сослался на один из них.

Из любопытства я потребовала у Эдуарда посмотреть, есть ли такой в библиотеке.

Оказалось, что есть. И в весьма потрепанном состоянии, что говорило о его былой популярности.

Сюжет, разумеется,в памяти уже не сохранился, зато я хорошо помнила, что рецепт нашла, и впоследствии он оказался весьма годным. Именно на его основе я изобрела мими-восстановитель. Какое дурацкое у него теперь название, но оно прилипало к языку.

Так вот. Прошерстив книгу от корки до корки, я наткнулась на одну сцену в романе, которая задела мое девичье сердечко.

Двое приносили клятву. Она звучала очень романтично, и в конце все было скреплено поцелуем. И я решила проиграть эту сцену. Без поцелуя, конечно же. Об этом я могла только повздыхать.

Эдуард, который всегда терпеть не мог что-то изображать, он даже отказывался от домашних спектаклей и шарад, видя, что эта, по его мнению, глупость, способна меня развлечь, согласился скрепя сердце.

Увы, книга наполовину была написана на древнелидванском, в котором я была полным профаном. Собственно, почему была? Я и сейчас в нем позорно слаба, но хоть что-то уже могу прочитать, в пансионе наставницы были очень требовательны. А тогда даже рецепт мне переводил Эдуард.

С его помощью и язвительными комментариями, портившими весь романтический настрой, мы и взялись изображать главных героев.

– А теперь я должен взять тебя за руку, – ворчливо читал Эдуард.

Не вынимая носа из книги, он протянул мне ладонь, в которую я, оробев, вложила пальцы.

– Так, что тут у нас… Ага, – без предупреждения Эдуард притянул меня к себе и обнял, как для танца.

Сердце мое застучало, краска бросилась в лицо, но его высочество, увлеченный разбором древнего языка, не смотрел на меня и не видел моей реакции.

– Что дальше? – почти прошептала я, втайне наслаждаясь этим объятьем.

– Повторяй за мной. Сначала я произношу фразу, потом ты. Ми доно.

– Ми доно, – повторила я, не задумываясь о смысле.

– Ноцце веро, – пробубнил Дуду.

– Ноцце веро, – выдохнула я, в своем воображении представляя, как завершив эту самую клятву Эдуард заглядывает мне в глаза горящим взглядом, склоняется и…

Меня затапливали нежность и восхищение принцем. Он был такой взрослый, красивый, умный. Знал все-все на свете. Эдуард был для меня особенным.

Я почувствовала, что у меня горит не только лицо, но и на кончиках пальцев вдруг скопились излишки магии. Они обволакивали кисть холодком, распространяясь в выше, пока не поднялись до локтя.