Книга Отличница для ректора. Запретная магия, страница 33 – Александра Воронцова

— Детка, такого у нас в библиотеке точно нет. Даже в засекреченной секции, — отвечает она, чем бередит моё любопытство.

Причём сразу в нескольких направлениях. Что ж это за учёный маг такой таинственный, которого выдающаяся магесса своего времени сочла достойным внимания, а мы про него ничего не знаем. Хотя бы он и сделал всего одно открытие, но следы-то должны были остаться!

Ну и засекреченная секция будоражит воображение. Я догадываюсь, что в любой библиотеке есть разделы, содержащие знания, доступ к которым ограничен. Но так чтобы прям секретный секрет… Интересно, у Кристиана туда доступ есть?

Не найдя лучшего себе применения, я отправляюсь в секцию целительства и зельеварения, может, там хотьчто-то найдётся. Очень не хочется возвращаться с пустыми руками.

Пробежавшись вдоль высоченных стеллажей и не обнаружив ничего стоящего, кроме пары учебников лекарского дела тех же времён, что и манускрипт, в которых собраны описания странных, неизученных или неизлечимых заболеваний, и одного почти ветхого сборника ядов, ещё более старого, но про него Каэлла в своём манускрипте тоже писала, я уже собираюсь уходить, когда моё внимание привлекает разговор в соседней секции.

Знакомые голоса. Точнее, один.

Кто-то скажет, что подслушивать нехорошо, тем более подругу, но у меня нет выхода. Из того места, где я стою, куда бы я ни пошла, мне всё равно будет их слышно.

В конце концов, нашли где миловаться!

— Всё слишком медленно.

— Милый, я делаю, что могу.

— А если мы не успеем? Ты все время тянешь, время уходит.

Я пробираюсь на выход, стараясь не шуметь. Если мы столкнёмся, это будет неловко.

— Я всё сделаю, — с придыханием говорит Катарина.

Слышится шуршание ткани.

Проклятье, если у них тут романтическое рандеву в разгаре, надо поторопиться.

Я ускоряюсь, но завернув за стеллаж в конце ряда, я сталкиваюсь с Катариной нос к носу. С её нарядом всё в порядке, а за её спиной я вижу фигуру удаляющегося мужчины, который явно только что положил нечто в карман.

— Джемма? Джемма, очнись…

Ну кому там от меня опять что-то надо?

— Джемма!

Как же болит голова… Как будто череп вскрывали изнутри. Хочется проклясть того, кто мешает мне отлежаться, чем-нибудь заковыристым. Жаль, что уставом академии это запрещено.

Превозмогая тупую боль, приподнимаю ресницы. Веки совсем тяжёлые, свет режет глаза. Надо мной склоняется мужчина, в котором я с удивлением узнаю Кристиана.

Я, что же, проспала нашу с ним встречу?

— Давай, девочка, скажи мне хоть что-нибудь!

Встревоженный тон лорда и его бледное лицо заставляют меня заволноваться. Если один из сильнейших магов империи так взбудоражен, значит, произошло, что-то серьёзное. Дельтиго!

— Что с Рамисом? — с трудом разлепив губы, спрашиваю я и едва узнаю свой голос. Он больше напоминает писк.

— С Рамисом всё в порядке, в отличие от тебя!

А со мной что не так? Ну кроме головной боли?

Кристиан бережно убирает непокорную прядь с моего лба, хочу отмахнуться от этого жеста, но чувствую себя слишком слабой. Зато теперь, когда обзор мне ничто не закрывает, я понимаю, что мы вовсе не в моей спальне. Сводчатый потолок очень напоминает тот, что в главной галерее крыла академии, отданного Пятому, Шестому и Седьмому факультетам. Стало быть, я не дошла до своей комнаты?