Книга Девять жизней до рассвета, страница 49 – Амита Скай

Мечи и пики, шлемы, кольчуга. Вся поляна в мертвецах. Никто не похоронил их, не убрал. К горлу резко подступил ком, и из глаз побежали слезы. Волчица не плакала. Плакала я, чувствуя, как по спящему лицу, от уголков глаз к ушам бегут ручьями слезы.

Все поле светилось, потусторонним лунным светом, и только лишь ворон был черным хмурым пятном. Волчица вышла в поле и, ступая мягко, прошла мимо множества тел, не касаясь ни одного и не нарушая сонной тишины. Она даже не смотрела на них, просто шла к ручью.

Мелькали торчащие пики, особенно ярко сияющие в лунном свете, мерцающие мечи, шлемы на поникших головах и темные плащи.

Волна горя захлестнула меня с головой. Удивительно, но это был не страх, оттого, что у меня тут поле мертвецов под боком, это было горе, по людям, которых я не знала… Как можно так страдать, о тех, кого не знаешь?

Ответа на этот вопрос у меня не было. Волчица шла к ключу, размеренно испокойно ступая по земле, тихо шумели деревья, а я заливалась слезами, воя в своем кошмарном сне, который, я не сомневаюсь, был чудовищной реальностью.

В какой-то момент я достаточно проснулась, чтобы вытирать лицо руками, но картинка поляны стояла перед глазами также ярко, словно бы я сама была там. Моргнув раз, другой, я открыла глаза и увидела волчицу и все то же поле. Я не сразу поняла, что смотрю глазами ворона. Мутные, они видели уже не так хорошо, как она.

Я хотела сесть, чтобы выгнать это все из своей головы, но ворон взлетел, и я застыла, боясь шелохнуться. Тяжело взмахивая крыльями, он сделал круг по поляне, она показалась мне огромной, чуть меньше футбольного поля, бледный блеск мечей был и дальше, в темноте деревьев.

Я не хотела знать, сколько еще там людей, но к счастью, ворон поднялся выше, взлетев над макушками деревьев и сев на одну из них.

Слезы высохли, у меня перехватило дух. Обширный лес, а за ним, длинная, длинная равнина, уходящая далеко за горизонт, небо, усыпанное звездами и заглядывающая в душу луна.

Ужас и горе, разом навалились на меня, как только лесной вайфай перестал передавать сигнал от меня к ворону. Удивительно, но первые дни мне часто снились заблудившиеся в лесу люди. Они блуждали меж деревьев и не могли найти дорогу. Спутав реальность со сном, я даже бросилась к одному из них, но стоило добежать до того места, где я заметила смутный силуэт, как там никого не оказывалось, а меня прошибал приступ беспричинной тревоги. Это была одна из причин, почему я не стремилась далеко отходить от дома.

После того как я начала будить себя во время таких снов, мне перестели они сниться, но в этот раз, я уверена это был не сон и самое странное, что вместо страха из-за такого количества мертвецов, на меня неожиданно накатило горе, которым я едва не захлебнулась, но на выручку пришли мохнатые балбесы, не иначе как чьим-то проклятьем посланные мне.

Мои тихие подвывания подтолкнули волков к инициативе, и те, забеспокоившись, поднялись на лапы, но так как им меня было не видно, то один из них встал передними лапами на стол, ткнулся мне влажным носом в макушку и лизнул.

Так, приятно стало, что кому-то не все равно. Я даже подумала о том, чтобы спуститься пообниматься с волками и порыдать в их мохнатое плечо, наплевав на то, что только из бани выбралась, но планы пришлось несколько скорректировать, после того как вместо стола, волк решил опереться на печь и та обвалилась.