Онлайн книга «Дом для меня»
|
Охранник, обхвативший Лера руками, доволок того до высокого стульчика и, посадив на него, протянул руки за сжатой в руках едой. Лер уже не хотел есть после всего, но из упрямства отдавать еду не планировал, он им тут не какой-то идиот бесхребетный, с которым можно так обращаться. В итоге, несмотря на все причитания Валентины Петровны, Лер так и не вернул еду на место и под обиженными взглядом женщины съел ветчину и рулет. Валентина Петровна после этого конечно же нажаловалась Васильцеву, а холодильник перестал открываться, требуя от вновь просочившегося на кухню Лера какой-то пинкод. – Ваша каша, молодой человек, ждет вас в столовой, – холодный, полный обиженного достоинства голос Валентины Петровны застал Лера, когда тот шарился по открытым полкам буфета. – Я не люблю кашу, – обиженно заявил Лер, который вообще-то любил кашу, но он слишком обиделся из-за того, что им пытаются командовать как каким-то дитем неразумным. Женщина устало вздохнула, села на стульчик за разделочным столом и посмотрела на пристыженного ее печальным вздохом Лера еще более печальными глазами, полными мольбы о снисхождении к пожилому человеку. Лер почувствовал, как запекло от стыда щеки. Ведет себя действительно как подросток прыщавый, пытающийся доказать взрослым, что он свободная личность. – Лерочка, съешь, пожалуйста, кашу. Я так старалась, ее тебе готовила, молоко деревенское заказала. Тебе она понравится, а к чаю, если хочешь, я тебе оладушки сделаю со сметаной. Лер чуть не прослезился от стыда и от счастья. Если это будут такие же оладушки, как бабушка готовила, то он больше никогда, никогда, никогда не будет перечить этой женщине! Смущенно кивнув женщине, Лер вернулся в столовую, где на длинном столе стояла одинокая тарелка с кашей и столовыми приборами и съел вкуснющую овсянку с сухофруктами, постеснявшись попросить еще как минимум две тарелки божественно вкусной каши. – Спасибо, и правда очень вкусно, – пробормотал Лер уголку салфетки, которую теребил, пока перед ним ставили ароматный чайник с заваркой, белоснежную фарфоровую чашку с блюдцем и тарелку горячих оладьев. – Ну вот и чудесно, – подобревшая ВалентинаПетровна так же, как когда-то бабушка, погладила Лера по голове и пообещала, что от супа, который она сегодня приготовит на обед, Лер окончательно забудет о вредных бутербродах. Оладушки оказались божественно вкусными с идеально хрустящей корочкой по краям. Лер, несмотря на то, что уже объелся, не встал из-за стола, пока не остался последний оладушек, который уже просто не лез в него, поэтом Лер взял его с собой на пляж, где, стянув футболку, накрыл ею лицо, руку с оладушком положил на живот и благополучно уснул. Обгоревшего Лера с отпечатком руки и оладушка на животе через час нашел охранник. – Господи, Лер, ты меня без работы оставить хочешь?! – шипел охранник, тряся сонного подопечного за плечо. – Почему это? – Стянув с лица футболку, Лер узрел свой алый живот и испуганно посмотрел на охранника, который так же был на грани потери самообладания. – Васильцев меня уволит, это уже второй мой косяк с тобой… – обреченно констатировал охранник. – Не уволит! – горячо запротестовал Лер. – Я с ним поговорю! Попрошу… – Не вздумай! – перебил мужчина. – Только хуже сделаешь. – Ладно, пойдем намажем тебя кремом. |