Книга Сказка для Истинной, страница 114 – Шана Лаут

«Может это всё магия песни?» — спросила саму себя. — «Голоса этих пустынных мужчин, словно в мифах земли голоса серен в морях?»

От этой мысли мурашки стали колкими и болезненными. Мне стало страшно. А мужчина подходил всё ближе и ближе. Я уже могла понять, что он едва ли не больше моего оборотня. Широченные плечи, тонкие бёдра. И на тех, и на других были цепочки с какими-то капельками, они поблёскивали в свете лун, чем привлекали внимание.

Собственно, именно из-за них я и поняла, что на мужчине есть только штаны и эти побрякушки. Больше ничего. Волосы его были распущены и длинны, явно ниже пояса, а ещё чернее неба. Кожа бледна, но ночь как-то неправильно искажает свет, и мне показалось, что она словно сиреневая.

Если бы не его закрытые глаза, я бы подумала, что он намерено идёт в мою сторону. Идёт и поёт. На непонятном мне языке, хотя, казалось бы, я точно должна понимать язык этого мира. Я даже испугалась, что буря унесла меня в ещё один, другой мир, и шагнула непроизвольно назад, сталкиваясь со стеной песка.

Она была твёрдой, даже не ожидала, отчего ахнула и достаточно слышимо, чтобы меня услышали. Мужчина тут же остановился, пение остановилось, а на меня посмотрели тёмные глаза. Резкие черты лица заострились, едва он нахмурился, увидев меня.

Сколько мы так простояли, рассматривая друг друга, не знаю. Но в какой-то момент я почувствовала, что стена за спиной словно тает. Значит, она всё же была связана с песней, которая тоже стихала где-то далеко у города. И лишь один из певцов стоял и смотрел на меня, словно на видение. Даже руку протянул, чтобы дотронуться, но я отшагнула назад, проваливаясь опять в песок.

Он снова закружил со всех сторон, толкая меня куда-то с силой, что я не удержаласьна ногах и рухнула кому-то под ноги. Меня подняли сильные руки. Видимо, мужчина шагнул следом. Но подняв глаза на него, увидела обеспокоенный взгляд Интиса.

Эльф ничего говорить не стал, молча затянул в кибитку и закрыл дверь. А только потом бросился проверять меня на следы повреждений и причитать, что я была очень безрассудной, что нельзя следовать за голосами ветром в пустыне.

— И что будет? — спросила его тихим голосом.

— Кто знает, но точно ничего хорошего, — хмуро ответил он, а в уже следующее мгновение сел рядом и обнял, крепко прижимая к себе. — Я так испугался. Испугался, что ты пропадёшь, исчезнешь. Пустыня опасна не с проста, особенно в бури, — а потом отстранился от меня и заглянул в глаза. — Не делай так больше.

— Хорошо, — это всё, что я могла сказать, чувствуя за собой явную вину. — Прости.

— Главное, что уже всё позади, — вздохнул Интис и поспешил дать мне какое-то зелье. — Выпей, оно успокоит тебя, — и сам выпил второе такое же. — И постарайся ещё поспать.

На это только кивнула, решив не говорить о том, что видела. Не знаю, почему. Может, подумала, что не поверит. То ли сама себе не верила. Не верила в увиденное. И пока не удостоверюсь, что город не привиделся, когда буря уляжется, лучше промолчать.

А уже днём, когда пески утихли, и караван решил двинуться дальше. Я вышла из кибитки и взглянула по сторонам. Везде, куда падал мой взгляд было видно море песка, но и только. Даже забравшись на образовавшийся рядом с нами бархан, я не увидела на горизонте ничего. Города там не было. Ни с одно из сторон.