Книга Сказка для Истинной, страница 143 – Шана Лаут

Откуда-то полилась музыка в стиле востока. Негромко забили ручные барабаны, затанцевали бубны, где-то вдали отозвалась дудка и что-то, что мне неизвестно из инструментов. Оно гулом, словно огромное сердце стучало, заставляя все остальные звуки сливаться в одну прекрасную, тянущуюся как нугу мелодию.

И тело нага пришло в движение.

Волны выписывал то торс, то руки, то огромныйхвост, резко перехода в одной позиции в другую. Круги и восьмёрки бёдрами, зигзаги грудью, перекат мощными плечами, волна прессом, замысловатая фигура хвостом. Всё плавно, из одного положения в другое. Его тело было более чем единым целым.

Мышцы перекатывались, делая картинку не только общной, но и очень соблазнительной, как и каждое движение рук мужчины, особенно, когда они плыли вокруг или по телу. Движение головы, взгляды — всё играло свою роль в этом удивительном танце.

Я не знаю, сколько он длился, но я точно забыла обо всём. О том, где я и кто, почему тут и чем всё закончится. Были только музыка, прекрасный мужчина и его танец. А ещё мои давно пересохшие губы, что я то и дело облизывала, хотя во тру тоже пересохло. Нужно было попить, где-то я видела графин с водой, но зрелище так завораживало, но я могла только смотреть, сгорать от желания и облизываться.

Даже не заметила, когда мой личный искуситель оказался уже очень близко, не останавливая танца. Наши лица были на одном уровне. Глаза в глаза. Губы к губам.

— Прими, — прошептал Наэшар.

— Принимаю, — прошептала в ответ.

И нас наконец поглотил танец совсем иного характера.

Муж

Анита

Всё вокруг было красным. Насыщенный цвет, как у гранатового сока. Сквозь него трудно было что-то рассмотреть, словно всё заволакивал туман. Очень-очень густой, при этом коснуться его невозможно. Нет ощущения влаги на теле, как и следов соприкосновений. Я стояла в этом тумане, не зная, куда двигаться и стоит ли вообще это делать.

— Ах, — раздалось позади меня. Это был вздох наслаждения, очень уж меня смутивший, ведь голос принадлежал мне, заставляя обернуться.

На широком ложе огромный змей ласкал хрупкое тело женщины. Моё тело. Он целовал каждый его сантиметр, ластил руками, пальцами, хвостом. Мял округлости то дико, будто оголодавший зверь, то осторожно, едва нажимая. Его тело так гармонично смотрелось вокруг моего, ни разу неотвратно, не пошло, как мне всегда представлялись ласки других пар.

Вдруг губы нага обхватили мои. Всего на пару секунд. А затем он стал отстраняться, будто что-то тянул из меня. Это что-то было как этот туман вокруг — красным, а ещё светилось. Субстанции было так много, что в какой-то момент Наэшар начал давиться и хвататься за горло, сваливаясь на пол. Там его тело извивалось словно в муках, словно его ломало изнутри.

Поток же не прекращался, наполняя собой пространство вокруг. Сгущался в каменной комнатке, окрашивая собой стены, пол и потолок, даже сам воздух. А растелившись у ложа как тысячи змей окружил лежащего без сознания нага и стал жалить. Жалил каждую чешуйку хвоста до крови, заставляя окрашиваться ею человеческую часть, включая даже волосы.

Туман мелко дрожал вокруг, а потом всё растворилось в нём, едва в комнату ворвались Дорен и Эрон. Первый, едва вздохнул субстанции, тут же рухнул как подкошенным, а туман стал ластится к нему, заполнять собой нос и рот, проникая в тело.