Онлайн книга «Сказка о лесной деве»
|
– Что тебя гложет, девочка моя? Я же вижу, ты сама не своя… или… дай догадаюсь, дело в Генрихе? – Я люблю его, дедушка… Но как я могу его любить, когда его отец… когда он… и Генрих такой же… – Эльза снова всхлипнула. – Девочка моя, Генрих твой не виноват в том, что содеял его подлый отец. Дамиан рассказал Эльзе, когда до него дошли вести о том ужасе, что учинил Стефан с ее родителями, то он попросту струсил. Стефан в союзе с Черным королем был серьезной угрозой, и два короля вполне могли камня на камне не оставить от владений Дамиана. Единственное, что он смог сделать – прекратить торговлю с их странами. И вина за свою трусость до сих пор мучила Дамиана. Но его любовь к дочери и к зятю никуда не ушла и не стала меньше. – Поезжай к нему, девочка, расскажи о том, что у тебя на сердце. Поезжай. Глава 14 Генрих пил крепкий ром, настолько крепкий, что поморщился бы и бывалый моряк, и обнимал Бригитту, красивую черноволосую фрейлину – грудастую, губастую, с пышными бедрами, с покладистым нравом. Генрих был уверен, что Бригитта была ласковой в надежде занять более высокое положение : вдруг наследник очаруется и женится… Генрих всего лишь пытался заглушить боль от разочарования и потери, осознания того, что собственный отец оказался еще худшим чудовищем, чем он представлял себе. Самобичевание Генриха прервал подобострастный голос лакея: – Ваше высочество, у Вас нижайше просит аудиенции принцесса Эльза. – Заводи! – И вот сейчас Генрих отомстит за поруганные чувства, он хорошо научился у отца умению больно бить. Генрих разорвал корсаж на Бригитте, вывалил два пышных полушария и впился поцелуем в податливые губы. – Ее высочество принцесса Эльза, внучка Дамиана Справедливого! Как она все-таки хороша… ни словом, ни взглядом не выдала своих чувств. Кажется, на ней то платье, то первое платье, что ей сшила мадам Алоиза, и как оно ей к лицу! Генриху хотелось оттолкнуть Бригитту, вскочить с кресла, и заключить Эльзу в объятия, но проклятая гордость шептала: "Она оскорбила тебя". – Чего пришла? – Генрих, мне нужно поговорить с тобой. Наедине, пожалуйста. – Говори при ней. – Бригитта бесстыдно улыбнулась и по-кошачьи прильнула к Генриху, а Эльзина кротость начинала его раздражать. – Генрих, прости меня… Ты не виноват в том, что твой отец… Генрих не дал договорить Эльзе: ни к чему Бригитте лишние подробности. – И как же ты хочешь заслужить прощение, твое высочество? Может, присоединишься к нам? Или пойдешь ко мне в кухарки? Поставлю-ка я тебя чистить печи, у тебя хорошо получается! А там посмотрим,прощать тебя или нет. Эльза развернулась и вышла из покоев Генриха. Она не помнила, как ей кланялись придворные, как ее пропускала стража, не слышала окликов своей свиты… Эльза бежала непонятно куда – от собственной боли, от самой себя… Генрих ее не любит! Все его слова – лишь пустые звуки! Эльзе даже не хотелось плакать, казалось, на сердце навалили огромный валун, вот-вот он ее сдавит и не останется воздуха… так больно, почему так больно?.. Эльза не заметила, как оказалась в лесу, как привалилась к старому дубу, будто подстреленная птица, ей даже не хотелось кричать от муки, вдруг охватившей ее… Закрыть бы глаза и уже не открывать… Дуб вдруг обнял девушку ветками, пожелтевшие листья ласково прикоснулись к ее бледному лицу, и тихий-тихий, непонятно знакомый ласковый голос прошептал: |