Книга Девочка для альфы, страница 43 – Алисия Небесная

Я чувствую, как теряю контроль над ситуацией. Каждое движение даётся с трудом. Боль в лапе оглушает, страх переполняет. Невозможно дышать, не ощущая их присутствия, их силы, их тяжести надо мной.

— Я хотел по-хорошему, — рычит Марат, хватая меня за шкирку и грубо встряхивая, словно я кукла в его руках. — Но ты меня вынудила.

Внезапно, в область лопатки вонзается что-то острое. Игла. Нет, нет… что он вколол⁈ Я пытаюсь освободиться, но тело не послушно. Силы меня быстро оставляют. Веки тяжелеют, смыкаются. Тьма наползает, поглощая сознание. Я теряю контроль… теряю сознание… и в этом мгновенье чувствую только острую, жгучую боль, и холодный, безжалостный расчет в глазах Марата.

Комната была тесной, душной, наполненной тяжелым, мускусным запахом Марата, который впивался в легкие,вызывая тошноту. Но это было лишь началом. Цепи стягивали мои запястья, приковывая к кровати. Одна рука была перебинтована, жгучая боль пульсировала под бинтами. Горло сжимало от невыносимой жажды. Я ощущала его присутствие, холодный взгляд, испепеляющий до самой души.

— Дерзко, но глупо. Ты снова здесь, — прозвучал голос Марата, холодный и безжалостный, со стороны окна.

Он приблизился, прижался ко мне, жестко и властно, словно хищник готовящийся к удару. Протянул стакан с водой.

— Пей, Кира, — приказал сдавленным голосом. Я подчинилась. Холодная вода обожгла пересохшее горло, но не утолила жажду. — Можешь быть покорной.

— Что ты мне вколол? — прошипела, прожигая его взглядом, полным злобы и ненависти.

— Всего лишь безвредное снотворное, — ухмыльнулся, сдавливая мои скулы до боли. — Твоя волчица пока поспит.

— Сволочь, — прорычала, пыталась вцепиться в него зубами, но он легко увернулся.

— Не будьте такой резкой, — в голосе звучал холод и осуждение.

— Зачем я тебе нужна? — ослабила натиск, решив поберечь силы.

— Наши родители хотели нашего брака. Надо уважать их волю, — ответил хладнокровно.

— Я наблюдал за тобой долго, — Марат отвернулся от окна. Его лицо было нечитаемым, но в глубине глаз мелькнуло что-то похожее на раскаяние, хотя это было скорее раздражение от неудачно сложившихся планов… — Пока ты не попала в лапы к Аязу Нуримову.

Сердце сжалось от этого имени, как от укола ледяной иглы. Боль пронзила меня насквозь. Я сделала глубокий вдох, стараясь сдержать трясущиеся руки и нарастающую панику.

— И что это меняет? — спросила, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя внутри всё кипело.

— Я был готов уничтожить твою волчицу, — Марат произнёс это спокойно, без эмоций. — А затем… спокойно познакомиться с тобой, влюбить в себя… это был мой план.

Он сжал кулак, костяшки побелели.

— Но Аяз вмешался. Он не дал мне довести дело до конца. — продолжил Марат, его голос стал жестче. — И твоему отцу пришлось рассказать правду о смерти твоих родителей… это сломало все мои планы.

Его слова стали для меня ударом. Я догадывалась о связи между Маратом и гибелью моих родителей, но теперь правда обрушилась на меня с новой силой. Я вцепилась в пододеяльник, стараясь не расплакаться. Этот человек… чудовищный и безжалостный… былли он способен на любовь и раскаяние?

— Ты лицемер, Марат, — прошипела я, слова были наполнены ядом. — Я испытываю к тебе лишь ненависть и желание убить.

Марат не дрогнул и не сделал ни шага. Его спокойствие было устрашающим. Стоял у окна, не двигаясь.