Книга Кричи, моя Шион, страница 229 – Екатерина Юдина

Скорее всего, из-за длительного отсутствия секса в голове возникали мысли, которых там уж никак не могло быть.

Тогда Моран слишком многого не понимал. Лишь значительно позже, после побега Шион, сидя на этом чертовом диване и, сквозь собственное безумие пропуская множество мыслей, с которыми раньше ни за что бы не согласился, думал о том, что ему черт раздери, нравился голос «Привидения». С самой первой встречи.

Он почему-то выходил к ней. И, тем более, почему-то слушал то, что говорила Шион.

Черт раздери, Морану было интересно, хоть и большинство из того, что говорило «Привидение» было еще тем бредом.

Позже, когда Шион уже была в его доме, он не стал отрицать того, что ему нравился ее голос. Это был крошечный уступок своему безумию – взять и согласиться с частицей того, что позже его начнет заживо убивать.

Но перед этим было кое-что другое – у них начался секс.

Моран всегда думал, что у него будет только Джулия. Ему ее было более, чем достаточно и он никогда не считал себя тем животным, которому лишь бы в кого-то член засунуть. В основном Конор был заинтересован только работой. Делом его семьи. Расширением влияния бизнеса, уничтожением врагов. Естественно, жажда тела давала о себе знать, но Джулия ее полностью удовлетворяла.

До того, как Моран и Джулия начали отношения, у него был секс с множеством других омег, но даже это казалось проблемным. То, что практическивсе они считали, что могут получить что-то большее, чем просто временный секс, хотя рамки были обозначены с самого начала. И вот такие их «надежды», которые часто выходили за пределы чего-то нормального, Моран считал пустой тратой своего времени.

С Джулией все было куда проще. Она стала его женщиной. В будущем должна была стать женой и матерью их детей. С ней все было размеренно. Моран мог спокойно заниматься работой и, когда жажда тела требовала, Джулия ее удовлетворяла.

Но Конор никогда не относился к ней просто, как к той, с кем может удовлетворить голод. Нет, между ними было что-то куда большее.

Они знакомы с детства. Джулия всегда была тихой, слабой омегой. Даже, когда ей причиняли вред, она боялась об этом сказать. Так было и с ее дядей, который хотел на ее место поставить своего сына. Моран, как-то увидел Джулию плачущую в углу под лестницей, но даже тогда она ничего ему не рассказала. Солгала, что упала в саду, но коленки у нее были целыми. Платье и ладони чистыми. Конору пришлось самому разбираться в том, что с ней происходило и в последствии он избил дядю Джулии. Не смог удержать самоконтроль. Да и не хотел этого. Эта тварь должна была поплатиться.

Этот случай сильно ударил по Морану. Повлек за собой множество ужасных последствий, о которых он не сожалел.

Неизвестно, как бы все закончилось, но в тот момент Джулия впервые набралась смелости заговорить о том, что с ней происходило. Она боялась защитить себя, но перешагнула сквозь внутренний страх, чтобы защитить Конора.

Стало известно о всех проступках дяди и в итоге его с позором и лишением всего выгнали из семьи. Это для вида. На самом деле, с ним сделали кое-что похуже.

Этот случай никак не изменил Джулию. Она все так же оставалась слишком зажатой, тихой. Боящейся с кем-либо заговорить. Лишенной друзей. Так, что к ней приходил только Моран.