Книга Кричи, моя Шион, страница 29 – Екатерина Юдина

Скорее всего, я просто убегу и больше не вернусь, но сейчас я решила это не уточнять.

— Да, единственная. Мне до сих пор интересно, как ты это делаешь, — Моран спустился с последней ступеньки. Его голос до сих пор обжигал мрачностью.

— Если нужно, я могу передать какие-то послания твоей семье. Или… или, например, твоей невесте.

Неотрывно смотря на альфу, я заметила, как черты его лица изменились и в голубых глазах появилось что-то похуже ярости. То, что вот так сразу, без разбору могло кровожадно убить. Словно я невольно прикоснулась к тому, что ни в коем случае трогать нельзя.

— Если еще хоть раз кто-то из вашей блядской семьи появится рядом с моей невестой, я вас разорву на части.

Моран был в гневе. Я это прекрасно чувствовала и паника внутри меня стала лишь сильнее. Вздрогнув, я вжалась в стену так, словно от этого зависела моя жизнь.

— Я… Я поняла. Я к ней не буду подходить, — быстро произнесла. – И мой брат тоже. Клянусь, когда он поцеловал ее, Ивон не знал, чья она невеста. Он вообще не знал, что у нее уже есть жених.

Я еще хотела сказать, что у нее до сих пор нет помолвочногокольца и визуально вообще никак нельзя понять, что она уже занятая омега, но вины брата это совершенно никак не уменьшало.

Она ведь из богачей и это уж точно сразу видно. Нам, рядом с такими, как она, даже дышать нельзя, а Ивон, черт раздери, видите ли влюбился.

Я до сих пор не могла понять, как брат мог влипнуть во что-то такое. Говорят, что Джулия Карпентер очень красива. Настолько, что альфы рядом с ней теряют головы. Но ведь Ивон всегда мыслил рационально, а тут что?

Она ведь не отвечала на его знаки внимания. Всегда говорила, чтобы он убирался прочь. Раздражалась тем, что Ивон опять приходил. Разве не ясно, что он ей не интересен? Но, нет, вместо того, чтобы оставить Джулию в покое, брат поцеловал ее и этим подписал себе смертельный приговор. Тем более, это произошло рядом с рестораном и подобная новость тут же разлетелась. Ивон стал знаменит. В плохом смысле этого слова.

После этого он и узнал, чья она омега. До этого ему не было известно даже ее имя.

Я любила своего брата. Очень. Но, черт, альфы иногда такие придурки.

Если бы только Ивон не таскался за этой омегой и в итоге не поцеловал бы ее, мы бы с ним не оказались в таком положении.

— Пожалуйста, пойми, это лишь недоразумение и мой брат… если бы он знал, что…

— Заткнись, Привидение, — Моран, проходя мимо дивана, поднял руку и, прежде чем я хоть что-то успела понять, его ладонь сжалась на моей шее. Сильно. Перекрывая доступ к кислороду. – Ты больше ничего не будешь говорить про мою невесту. Я не желаю, чтобы хоть одно слово о ней срывалось с твоего грязного рта. Поняла?

— Я… Я… — меня захлестнуло ужасом. Особенно от осознания того, что я не могу дышать.

— Я спросил – ты поняла? – на губах альфы появился яростный оскал.

— Да… Да, я поняла…

— И про твоего брата я тоже больше ничего не желаю слышать, — Моран наклонился. Так, что его горячее дыхание коснулось уха, через вуаль. – Нет смысла говорить про того, кто скоро сдохнет.

Альфа разжал пальцы и я рухнула на пол. Панически хватаясь за горло. Пытаясь делать вдохи. Мысли разорвало в клочья и последние слова Морана кроваво резанули по сознанию. Содрогаясь, я разомкнула губы. Была готова опять умолять не трогать Ивона, но в итоге не произнесла ни слова. Понимала, что именно в это мгновение подобное для меня не закончитсяничем хорошим.