Книга Отбор невест. Нектар для принца-дракона, страница 7 – Арина Лефлер

В спальню короля я влетела следом за слугами. Остановилась в дверях, не зная, что делать дальше.

Зачем я здесь? Что нужно от меня принцу?

— Закройте окна, — скомандовал лекарь, как только слуги переложили короля на кровать.

В спальне короля сразу стало сумрачно и неуютно. Если бы командовала я, то приказала не только не закрывать окна, а наоборот, раскрыть настежь и пустить в комнату свежий воздух.

Когда нас вели во дворец, в одной из арок я заметила прекрасный сад. Значит, и воздух должен быть полезным для дыхания. Я бы высказала свое мнение, но промолчала, соблюдая неписаный кодекс врачевателей: не ставить под сомнение опыт коллеги. Заслужить неодобрение лекаря я не боялась, если честно, и конечно, если бы меня спросили, сказала бы, все как есть.

Принц вошел следом и, кажется, заметил недовольство на моем лице.

— Мия, мне показалось, или вы хотите что-то сказать? — шепнул он мне, глядя в глаза. — Вы не согласны с нашим лекарем?

Надо же, принц запомнил мое имя!

Ну что ж, я вас не просила спрашивать моего мнения, вы сами напросились.

— Если судить по внешним признакам, то у короля случился обычный сердечный приступ, в таком возрасте это вполне возможно, — немного робея под пристальным взглядом лекаря, произнесла я.

Хоть и засомневалась, что это был простой приступ, уж слишком много сил я отдала, чтобы вернуть короля к жизни. Здесь вполне могла иметь место темная магия. Но без доказательств говорить об этом по правилам, изучаемым на лекарском факультете, запрещалось. «Есть чем доказать свои предположения — говори, а нет, так молчи, пока не будешь полностью уверен в своих подозрениях». Так гласило одно из главных правил лекарской этики. Поэтому я предпочла пока промолчать и присмотреться повнимательнее к происходящему в королевском дворце.

— А при сердечной недостаточности рекомендуется свежий воздух, для лучшей вентиляции легких, чтобы сердцу было легче разносить по организму кровь. Так нас учили. И в темноте находиться тоже не обязательно, темнота, это друг молодежи, а не сердечной болезни.

Ну не знаю, как у меня выскочила последняя фраза, обычно, я не отличаюсь сильной болтливостью, но тут как-то само получилось. При этом я почувствовала, как к моим щекам прилила кровь, а пальцы вцепились в подол платья. Будто я намекнула на что-то неприличное.

В уже совершенно негрустных глазах принца плясали смешинки, и он довольно заулыбался, наблюдая, как багровеют щеки у лекаря.

А у них с принцем явно дипломатичные отношения! Нужно быть поосторожнее со словами!

Еще бы. Сама удивилась своей смелости. Но я не за красивые глаза получила сертификат на повышенную стипендию и звание лучшей целительницы, так что уж простите, но придется потерпеть.

Принц вдруг стал серьезным, заметив, как я переступила босыми ступнями по холодному каменному полу и поежилась.

Какие же холодные эти плиты! Мои окоченевшие ноги, кажется, примерзли к каменному полу королевской спальни.

— Принесите леди новые туфли, — повернувшись к одному из слуг, приказал принц. — А вы откройте окна, — обратился к двум другим. — Я слышал про то, что не каждая болезнь боится солнечного света, а при некоторых свет даже необходим, потому что он и есть источник жизни для всего живого.

Слуги поспешили выполнять требование принца. А принц вдруг шагнул ко мне и, взяв за руку, потянул к себе. Я попыталасьупираться, но принц успокоил: