Книга Новогодний беспредел, или Как влюбить дракона, страница 17 – Селина Даймонд

Готово! Можно ждать распределителя отбора! А пока есть время, я даже успею принять ванну. Быстро скинув с себя одежду и бросив на кровать новые рубашку и юбку, я с наслаждением погрузилась в пушистую пену. Всё-таки быть претенденткой на руку дракона бывает очень приятно! Ванная во дворце была просто огромной, а заботливо приготовленные служанками средства пахли просто фантастически! Казалось, мне впервые за несколько дней удалось так расслабиться и смыть с себя груз тяжелых мыслей. Я справлюсь! Обязательно справлюсь! К тому же, дракон хоть и бывает порой грубоват и несносен, но действительно мне помогает!

С этими мыслями я вернулась в комнату и, скинув пушистое, словно облачко, полотенце, принялась одеваться. Легкая струящаяся юбка и туфельки на небольшом каблучке отлично сочетались с рубашкой, что должны были надеть претендентки. Драконы точно знали толк в моде! Покрутившись несколько раз перед зеркалом, я поняла, что чего-то не хватает. Может, аксессуаров? Оглянулась в поисках какого-нибудь украшения и почувствовала, как холодеют руки. Рубашка, предназначенная дракону, всё также мирно лежала на кровати. Вот только на её полочке вовсю расцветали ярко-красные пуансеттии.

Аластар

— Знаешь, мне даже любопытно, чем в следующий раз удивит нас Силана и как ты будешь объяснять это остальным, — произнёс Рэвал весело осматривая меня, а затем нарочно низким и торжественным голосом процитировал мои слова. — «Леди Силана вновь поразила меня своими глубокими познаниями и чувствами. Только представьте, она выбрала единственный в мире цветок, что цветёт зимой и вышила его в области сердца. Драконы на манжетах — сила и ответственность, что несут воины нашего края. Они также и сдержанность, и благородство. Но красная пуансеттия — это поистине великий знак! Знак сердца, милосердия и самой жизни». Скажи, Аластар, сколько ещё фантазий таится в твоей голове? Отец знает, что ему придется переписывать половину нашей истории?

Я беззлобно кинул в друга лежащей рядом диванной подушкой.

— Ненавижу цветочки, — поморщился, глядя на себя в зеркало.

— А мне кажется, они прекрасно украшают твою тонкую романтичную натуру, — съехидничал друг. — Знаешь, твоя идея пригласить эту милую леди сперва казалась мне просто ужасной. Но сейчас я даже рад, что твой выбор пал на неё. О, да! Эта девица не просто не падает в обмороки от твоего очарования, но и не боится хорошенько встряхнуть. Не знаю, нарочно она или просто так совпадает, но буду просить Катариса Великого, чтобы девчонка не сбавляла свой пыл.

— А твой пыл, — прищурился я, — как вижу, подогревает одна прелестная вышивальщица. Как же Аврора, в которую ты был так страстно влюблён? Неужели, наконец, понял, что эта девушка видит в тебе исключительно дракона, но совершенно не обращает внимание на мужчину?

— Да-да, ты вновь оказался прав, — Рэвал покрутил рукой и усмехнулся. — Знаешь, что сказала Аврора, когда дарила мне свою рубашку? «Надеюсь, Вы понимаете, что в следующее испытание Вам придётся меня удивить? Я не хочу проводить время в глупых прогулках. Уверена, что и Вы тоже. Как это прекрасно, что теперь Вы нашли такого же ценителя роскоши», — писклявым голосом проговорил Рэвал, а затем скорчил рожицу, подражая манерам Авроры.