Книга Звезда Теночтитлана, страница 85 – Анна Чайка

Успокоиться получилось только после того, как с меня была смыта вся эта мерзость! Хотя трясло меня еще долго.

Главная «надзирательница» на меня обиделась, но мне было плевать! Оказалось, что эта гадость еще и жутко дорогая. Узнав об этом, я милостиво разрешила девушкам забрать это себе. За что заслужила такую признательность, что мне было прощено все! И опоздание, и ненормальное отношение к стандартным процедурам.

Не знаю, то ли поэтому, или просто так положено, но вторая часть спа-процедур оказалась намного приятнее первой.

Горячая баня с пахучим веником, бассейн, снова баня, массаж всего тела и, в самом конце, втирание ароматических масел. Мне даже разрешили самой выбрать аромат, которым я должна была благоухать. И я выбрала один, напоминающий мне Нероли. Помню, тетя Лариса, как-то говорила, что этим ароматом можно приворожить мужчину. Не знаю, тот ли это аромат и правда ли присказка, но приворожить своего принца я хотела.

Благоухающую, разодетую и украшенную гирляндами цветов меня сначала посадили на возвышение из подушек в моих покоях. Здесь я в течении двух часов принимала подарки и поздравление от всех женщин императорской семьи. Даже малолетние сестры Уанитля принесли мне в подарок свои рукоделия — вышитые специальным брачным узором наволочки на подушки для брачного ложа.

— Мы готовили это для своих свадеб. — сказали они мне. — Но решили, что тебе нужнее. А себе мы еще вышьем.

Замужние женщины уже начинали давать советы, так называемого, практичного характера. И многие из них были совсем далеки от патриархальных принципов. Так одна из воспитательницпринцесс, посоветовала:

— Если ты совершишь что-нибудь такое, что не понравиться твоему мужу, то надень красивое ночное одеяние. Гнев мужчины легко унимается женской лаской.

Ну, ну!

— Я ничего тебе советовать не буду! — первые слова Течуишпо немного озадачили. — Ты и так знаешь больше меня! — улыбнулась она. — Хочу лишь пожелать, побольше детишек! — проговорила она, держась рукой за свой уже виднеющийся животик. — Дети — это счастье семьи!

Как только на долину спустились сумерки, к моим покоям пошли четверо носильщиков с богато разукрашенным палантином. Меня посадили в него и понесли к парадному залу дворца. И пусть я вполне могла дойти сама, но традиция требовала соблюдения всех правил, даже не смотря на то, что мы с Уанитлем жили в одном здании. Вся женская половина дворца с заунывными песнями тронулась вслед за мной. Словно не замуж выдают, а хоронят!

Наша процессия шла очень медленно. На путь, который в обычный день уходило не более пятнадцати минут, мы потратили минут сорок. Перед входом в парадный зал паланкин отпустили и я смогла наконец-то из него выйти. Пока мы шли, окончательно стемнело, и по периметру парадного зала были зажжены масляные светильники, а также стояли треноги с углями. В просторной комнате собрались мужская половина императорской семьи, среди которых стоял и Куаутемок с отцом. И если Куитлауак лишь снисходительно улыбался, то взгляд его сына обжигал гневом, сквозь который проглядывала тоска. Увидев эту бурю, я отпустила голову.

Ну, уж нет! Сегодня мой день, и я не позволю его испортить!

Подняв голову, натолкнулась на взгляд других ореховых глаз. Нежный и теплый. И все сомнения отпали сами собой, а на губах поселилась счастливая улыбка.