Книга Звезда Теночтитлана, страница 89 – Анна Чайка

— А какой заклад должен поставить я? — спросил Монтесума.

— Мы будем играть так. Ты поставишь трех индюков, и если я выиграю, ты отдашь мне их. А я ставлю все мое царство Тескоко.

— Ставки неравные, — заметил Монтесума. — Индюков много, а царств куда меньше.

— Ну и что же из того? — возразил Несауалпилли. — Мы играем против судьбы. Как сложится игра, так и будет. Если ты выиграешь царство — все будет хорошо, а если я выиграю птиц — тогда прощай навсегда слава Анауака, ибо народ наш перестанет быть народом и земли наши захватят пришельцы.

— Ну что ж, сыграем и посмотрим, — воспарил духом Монтесума, и они направились к площадке для игры

Игра началась. Сначала выигрывал Монтесума и уже громко похвалялся, что скоро будет повелителем Тескоко.

— Хорошо, если так! — сказал умудренный годами Несауалпилли, и с этого мгновения удача отвернулась от императора ацтеков. Как он ни старался, ему ни разу больше не удалось втолкнуть шар в кольцо, и под конец Несауалпилли выиграл своих индюков. Заиграла музыка, придворные столпились вокруг старого вождя, поздравляли его с победой. Но он в ответ лишь тяжело вздохнул и проговорил:

— Лучше бы я проиграл свое царство, чем выиграл этих птиц, ибо тогда мое царство перешло бы в руки человека из нашего народа. Но — увы! — и мои и его владения достанутся чужеземцам, которые свергнут наших богов и всю нашу славу обратят в ничто!

С этими словами он поднялся и, простившись с императором, отбыл в свой город. По счастью, старыйвождь скоро умер, так что ему не пришлось самому увидеть исполнение своих страшных предсказаний.

На следующий день после отъезда Несауалпилли прибыл долгожданный жрец. Монтесума заперся с ним наедине. Не знаю, что он сказал императору, но, по-видимому, ничего приятного не было в его пророчествах, потому что той же ночью Монтесума приказал своим воинам обезглавить мудреца.

Все это не принесло успокоения в столицу. Распространялись всевозможные странные слухи, смущая умы людей. Кроме того, каждую ночь пылающее зарево озаряло восточную половину неба, и каждый день приносил все новые знамения и чудеса или новые страшные россказни об испанцах. Большинство считало их белокожими богами, детьми Кецалькоатля, возвратившимися на свою землю, которой некогда владел их предок.

Чтобы задобрить бога, на алтарях по всей стране было удвоено количество жертвоприношений. Час дьявольских богов уже пробил, но они все еще собирали свою последнюю кровавую жатву, и жатва их была изобильной.

Дворец погрузился в какое-то черное болото. Придворные вели себя так, словно уже оплакивали свою судьбу. В такой обстановке известие, что мы, наконец-то, перебираемся в городской дом мужа, было просто подарком небес. Вообще-то мы должны были переехать сразу после брачной ночи, но из-за всей этой сумятицы пришлось отложить.

Теперь же в свободное от больницы время, я, как истинная женщина, занималась обустройством нашего гнездышка. Заказывала мебель по своим эскизам или, невиданные в Теночтитлане, двери. Ну не могу я без дверей! Разве можно жить, постоянно завешивая дверной проем. Нет, я, конечно, понимаю, что многие занавеси — целое произведение искусства. Но… В общем двери у меня были не только в новом доме, но и в больнице. К тому же, местные столяры отнеслись к необычному заказу со всем старанием, сделав из обычных дверей произведение резного искусства.