Книга Услуга Дьяволу, страница 4 – Валерия Воронцова

— Хату, — руки незнакомца опустились на мои плечи, не дав обернуться и испугаться еще сильнее. — Ты любишь своих родителей?

Его глаза затягивали, не давали ни шанса на обман.

— Я… боюсь их, — сглотнула я, в тот момент не догадываясь, что мой ответ ему очевиден, как и о том, что он узнал обо всем происходящем здесь, едва ступил во двор.

— Твои родители очень плохие люди, малышка. Иди-ка сюда, — он раскрыл руки, приглашая подойти ближе, прижаться к своему белоснежному великолепию с золотом пуговиц и нитей, но я не шевельнулась.

Грязь не сочеталась с белым. Моя ужасная желтая рубашка, дырявые и неумело заштопанные штаны, заляпанные жижей сапоги… Неправильно, совсем неправильно касаться всем этим чего-то настолько чистого и волшебно-прекрасного. Грязь расстраивает, заставляет ругаться и бить. Я помню свой страх, что, испачкавшись об меня, он мог обидеться и уйти, оставив наедине с дождем, голодом и страхом.

— Что такое? — его улыбка чуть угасла, когда я так и не сделала шага навстречу.

— Вы очень красивый, а я — грязная, — потупившись, я неловко сцепила пальцы в замок, чтоб не думали тянуться к нему и что-то портить.

— Это неважно, — голос прекрасного господина звучал ласково. Взяв за запястья, он осторожно вытянулмои руки вперед, и дождь закапал прямо на них, смывая песок, землю и темные разводы. — Так лучше?

Я радостно кивнула, не удивившись тому, как послушен ему дождь. Незнакомец улыбнулся, скрывая мои руки в тепле собственных. Обманчиво хрупкие на вид, бледные и изящные, как и лицо их хозяина, — в них чувствовалась сила. Такая же, как у огня, способного как согреть, так и испепелить.

Длинные пальцы украшали тонкие кольца с красивой вязью незнакомых знаков и крупные перстни с завораживающими сиянием камнями и искусными изображениями. Всего их было семь, каждое цепляло взгляд и заслуживало восторженного вздоха, но все же одна печатка с крылом и мечом на правой руке казалась чем-то особенным.

— Что значит вот это? — указала я подбородком на искусно выгравированный меч, скрещенный с крылом, находящиеся в круге из языков пламени.

Изображение было крохотным, но, чем дольше я на него смотрела, тем больше и четче видела. На несколько мгновений даже показалось, что крыло двигается в такт чьему-то дыханию, по лезвию меча ползет капелька крови, а пламя танцует.

— Ты знаешь, где находишься, Хату? — ответил мужчина вопросом на вопрос, и я нахмурилась.

— Дома.

— А где стоит твой дом? — он покосился мне за спину.

— На окраине Арпы, столицы Южной Паты, — уверенно ответила я, благодаря разговорам торговцев на рынке.

— Верно, — улыбнулся прекрасный господин. — А Южная Пата — малая частица огромного мира, живущего по законам Создателя и вопреки им. Ты знаешь, кто такой Создатель?

— Великий Отец, сотворивший мир и все, что в нем, — протараторила я, поскольку иногда вместо рынка мама выбирала стены храма, и я слышала многое из того, что говорили его служители.

— Именно так, — благосклонно кивнул мужчина, поглаживая мои руки. — Эта печатка означает, что я — его третий сын, Хату.

Третий сын… То есть тот, что однажды покинул своего Отца и увел за собой многих из Первых Детей, отринувших свет. Священнослужители называли его Владыкой Тьмы и Огня, Дьяволом, в чье царство, полное боли и немыслимых ужасов, попадают те, кто жил, нарушая законы Создателя и черня свои души. Но, чаще всего, упоминая Создателя, его падшего сына называли…