Книга Развод с генералом драконов. Хозяйка таверны на краю Севера, страница 32 – Лилия Тимолаева

— Ну? — буркнула она. — Будем бояться или смотреть?

— Смотреть, — ответила Елена.

Хотя сердце уже стучало слишком быстро.

Они обошли зал и вышли к кухонному коридору. Дверь чёрного входа была прикрыта не до конца. В щель тянуло морозом. На полу темнели мокрые следы.

А ещё — что-то ещё.

Не сразу различимое в полумраке.

Что-то большое.

Лежащее у стены.

Марта резко вдохнула.

Грета крепче сжала кочергу.

Елена шагнула ближе, забирая у Марты лампу.

Свет дрогнул — и выхватил из темноты человека.

Мужчина лежал на боку, привалившись плечом к двери в кладовую. Высокий, широкоплечий, в изорванном тёмном плаще, под которым темнела кожаная форменная куртка. Один сапог был заляпан снегом и кровью. Волосы, почти чёрные, слиплись от влаги. На шее и у виска выступила странная, серебристая чешуя — не сплошь, лишь местами, будто кожа не успела до конца выбрать, кем быть: человеком или чем-то иным.

От него пахло кровью, морозом и горелым металлом.

А ещё магией.

Резкой. Холодной. Драконьей.

Елена застыла.

Это ощущение было ей уже знакомо. Не по словам, не по учебникам, а по собственному телу, которое когда-то узнавало силу Кассиана одним движением воздуха. Здесь магия была другой — рваной, раненой, молодой, но той же природы. Опасной. Нечеловеческой.

— Боги, — прошептала Марта.

— Не боги, — глухо сказала Грета. — Хуже.

Мужчина чуть дёрнулся. Из его груди вырвался хрип, похожий на подавленное рычание. Пальцы скребнули по доскам. Между костяшками на мгновение мелькнули тёмные когти.

Тиль не отступил. Только посмотрел пристальнее.

— Перевёртыш, — сказал он тихо.

Елена опустилась рядом на колено раньше, чем успела решить, разумно ли это.

На боку мужчины, ниже рёбер, расползалось тёмное пятно. Плащ прилип к телу. Рана была серьёзной — не порез, не случайная драка в тракте. Что-то глубоко вошло и вышло плохо. Или не вышло вовсе.

— Его подбросили, — сказала Грета.

— Это уже очевидно.

— Я не про это. Я про то, что своих так у дверей не оставляют, если не хотят, чтобы их нашли именно мы.

Елена подняла голову.

Грета смотрела не на раненого — на неё.

И была права.

Не просто случайный человек, забредший за помощью. Его принесли или довели сюда намеренно. Как знак. Как просьбу. Или как проблему.

— Он из драконьих? — тихо спросила Марта, будто боялась, что от громкости он проснётся и сожжёт кухню.

Елена откинула край плаща.

Под кожей куртки, почти у плеча, виднелся пришитый изнутри тёмный знак. Не яркий, не парадный. Походный. Такой, как у тех четверых.

— Да, — сказала она. — Из драконьих.

На миг всё внутри неприятно сжалось.

Кассиан.

Нет, не он. Но снова его люди. Его тень. Его мир, который влезал в её жизнь, как снег в неплотное окно.

— Выкинем? — бесстрастно спросила Грета.

Марта ахнула:

— Грета!

— А что? Если его ищут — найдут здесь. Если не ищут — значит, он кому-то очень мешал. Нам и без того весело.

Елена смотрела на раненого, на кровь, на серебристую чешую у шеи, на тяжёлое дыхание, срывающееся хрипом. На то, как его пальцы судорожно сжались, будто даже без сознания он пытался удержать себя в человеческой форме.

Выбросить его на мороз было бы разумно.

Наверное.

Именно поэтому она уже знала, что не сможет.

— Нет, — сказала она.

Грета поджала губы.

— Конечно.

— Он умрёт, если его не перевязать.