Книга Безумная Ведьма, страница 87 – Элизабет Кэйтр

— Татум, ты лишился речевой деятельности? — уголок губы Видара тянется вверх, пока он засовывает руки в карманы брюк.

Доктор Ритц медленно сглатывает, замечая, как взгляд Гидеона изменился. Чёрная кайма вокруг радужек, за счёт которой взгляд врача всегда был ярким, опасно расширилась. Цвет глаз медленно поглощал опасный чёрный цвет.

— Доктор Тейт, — медленно протягивает Татум, замечая на себе предупреждающий взгляд пастора, — простите меня, но я просто обязан задать вопрос…

— Бог простит, — не удерживается Кас, дьявольски улыбаясь.

— Но я не Бог, — хмыкает Видар.

Татум не успевает среагировать, как Видар быстро сокращает между ними расстояние, целенаправленно ударяя врача верхней частью лобной кости в область носа. Ноги Татума подкашиваются, а сам он без сознания падает на пол.

— Ну и нахрена? — Паскаль переводит ошарашенный взгляд на Видара, который даже рук из карманов не вытащил.

— Давно об этом мечтал, — пожимает плечами Видар, разминая шею.

Кас хмурится, замечая,что от ярко-сапфировых радужек осталась лишь полоска в несчастный миллиметр.

— Все объяснения сразу потеряли бы смысл, если бы услышал: «Из-за Эсфирь».

Паскаль старается перевести всё в шутку, но внутреннее напряжение не на шутку возрастает. Какого демона? Он быстро промаргивается, а затем происходит очередная странность – глаза Видара становятся обычными, а «невинная» чёрная кайма занимает своё традиционное положение.

— На что ты намекаешь? — притворно удивляется Видар, быстро закрывая входную дверь.

«На то, что у тебя крыша слетает, стоит кому-либо посмотреть на твоё?», — и Касу очень хочется озвучить именно это предложение, но во избежание драки, в которой Видар уже не будет сдерживать себя, он говорит совершенно другое:

— На то, что нам его надо запихать в шкаф.

Видар даже щипает себя за кисть, чтобы проверить ощущения. Мало ли, всё происходящее вокруг него – просто сон. А Паскаль – апофеоз личного кошмара.

— Шкаф?

— Конечно! Откуда мы знаем, когда он очнётся? Не хватало ещё убийства человека в нашем и без того радужном списке дел.

Король Первой Тэрры потрясённо выдыхает, а затем снимает белый халат, небрежно кидая на диван.

— Паскаль… Я просто закрою дверь кабинета на ключ.

Видар смотрит на то, как Кас обиженно сводит брови, а затем резко выдёргивает реверентку, убирая в карман брюк.

— В тебе полностью отсутствует дух авантюризма, Кровавый Король!

— А у тебя – мозги. Продолжим обмениваться общеизвестными фактами?

— Охренеть… Он вообще не затыкается… Это же… И она влюбилась в это…

— Не ставь под удар моё красноречие и невероятную красоту. И не завидуй этому – дурной тон.

До «вольера» Эсфирь они шли молча, попутно оглядываясь и стараясь не привлекать лишнего внимания. Как правило, в это время суток у охраны была пересменка, а, значит, вызволить Эсфирь не составляло вообще никакого труда, особенно, когда рядом чинно вышагивал главный врач больницы.

Подойдя к двери, Видар быстрым движением снимает с таблички имя ведьмы и её фотографию. Он не знает, что его ждёт дальше – и от этого новое сердце бьётся в нервной дрожи.

Он. Сможет. Вернуть. Её.

Резко выдохнув, открывает дверь.

— Я же обещал ещё раз заскочить, — снова натягивает привычную маску сарказма и иронии, с горечью отмечая, что устал от лицедействатак же сильно, как и от самого себя.