Книга Кровавый Король, страница 57 – Элизабет Кэйтр

— Фай и Из живы? — буравя письмо взглядом, спрашивает последний.

— Да, обещают вернуться к Посвящению.

— Слава Хаосу…

Оба судорожно выдыхают.

— Она хорошо проявила себя, — спустя несколько минут, Баш выразительно выгибает бровь.

— Она хочет, чтобы я доверился ей, — саркастично хмыкает Видар.

— Она — твоя будущая Советница. Положено, знаешь ли!

— Она — моя головная боль! Хочет показать свою независимость, гордость, властность. Хочет всех убедить в моей ослабевшей хватке ради кровной мести — я уверен в этом.

— Интересно, как ты до этого дошёл? Пока лупил со всей дури плетью?

Себастьян поднимается из-за стола, подходя к арке. Он расстегивает тёмно-коричневый мундир с зелёно-золотистыми вытачками и вытаскивает из потайного кармана портсигар.

Пара лёгких движений, и сигарета зажата меж его губ. Протягивает портсигар другу.

— Это было её желанием, — хмыкает Видар, закуривая. Он тоже поднимается с места, чтобы сесть на стол, а ноги взгромоздить на стул. Матушка пришла бы в ярость. — Ты знаешь, как я наказываю провинившихся, здесь же… я даже пожалел демонову инсанис.

— И она-то ещё инсанис? — брови Себастьяна удивленно поднимаются.

Вместо ответа Видар пожимает плечами, выдыхая тонкую струйку дыма.

— Припёрлась в чёрном, с оголённой спиной. Вот же ж стерва!

— Ты не думал, что ей больно, поэтому спина открыта? А не для того, чтобы тебя такого расчудесного подставить!

— Она не чувствует боли, Баш, — самодовольно хмыкает Видар. — В её груди пусто, совершенно пусто. Прямо как в снежных полях Малвармы. Не смотри так, инсанис сама сказала. Верховные не лгут своим покровителям.

— Зато с распростертыми объятиями подставляют, — саркастично замечает Баш.

— Я не понимаю… — Видар внимательно оглядывает сигарету, а затем затягивается. — С чего ты так прыгаешь вокруг да около неё?

Выдыхает дым, блаженно прикрывая глаза.

— Я увлечён ею, — сухо выдаёт генерал.

Видар резко распахивает глаза, внимательно всматриваясь в черты лица определённо обезумевшего друга.

— Увлечён? Стало быть, ждёшь моего тёмного благословения? — ядовитая интонация буквально пропитала голос.

«Увлечён! Увлечён демон дери этого Баша! Она очаровала его, опоила, околдовала! А что дальше? Видение станет явью, а мой брат совсем ослепнет?»

— Ты не понимаешь, Видар!

— Да, уж куда мне! — вспыхивает король.

— Я пропал только, увидев её! Будто ослеп… Она недосягаемая, недоступная… Я не посмею ей признаться в своей симпатии.

— Баш, ты все уши прожужжал мне по поводу родственных душ, и ты хочешь утверждать, что она — твоя?

Видар изо всех сил старался вразумить друга без особых насмешек и колких слов.

Хотя на деле хотелось хорошенько съездить ему стулом по морде. Вляпаться в маржанку! Из дома Бэримортов! В Верховную! Сущее пекло, самоубийство, полнейшая идиотия.

Его сердце бешено стучало, кровь прилила к вискам. Всё то, что он чудесным образом сдерживал в подземелье вдруг разлилось по всему организму, в очередной раз отравляя органы.

— Даже если и так… Она — королевских кровей, я — военный. Её кровь не смешать с моей. С герцогской — да, — дёргает носом Себастьян. — Она достойна королей.

— К слову об этом… Сегодня у тебя есть возможность проверить — родственная ли она тебе душа, — хитрость сверкает в глазах Видара.