Книга Миллион лет до н.э., страница 49 – Инна Сирин

Одежда в этих местах была почти не нужна, по крайней мере тёплая. Поэтому я ограничилась юбкой без мехаи топом. Я попала сюда в июле, а сейчас, наверное, стоял уже декабрь. За это время я прилично подкачалась, особенно это касалось ног и пресса. А ну ка, ходи каждый день десятки километров по горам, холмам и долинам. Любой и похудеет и подтянется. Даже Сана немного похудела за время перехода на юг, но её вес скорее был связан с гормонами и шестью беременностями, нежели с питанием, которое было как у всех.

Вскоре я нашла маленькую бухточку с песчаным пляжем, закрытую с суши скальным навесом, и повадилась сбегать туда, чтобы искупаться и позагорать голышом. Женщины иногда купались в море, брызгались и дурачились, наслаждаясь теплой погодой. Мужчины любили поплавать на мелководье, иногда даже играли в воде, кидая какой-нибудь бурдюк или ловили друг друга.

Но мне хотелось побыть одной, в тишине, расслабиться. Свободного времени всё равно было вдоволь.

Называется, мечтайте осторожнее, мечты имеют свойство сбываться, но не так, как вы планировали. Хотела же побывать на Лазурном берегу, и ведь оказалась здесь. Может это какая-то будущая Испания или Италия, не знаю, сейчас эти места еще не имеют никаких ориентиров. Скорее всего, всё-таки берег Франции, по крайне мере, мне нравилось так думать.

Цвет моря здесь потрясающий, вода прозрачнее стекла. Плавает много рыбы, летают чайки и другие птицы. Проголодаешься — просто достань из воды ракушку, оставь на солнце на полчаса и обед готов. Или чаячьими яйцами можно полакомиться. Яиц мы кстати теперь много ели, здесь птицы гнездились в огромных количествах и не приходилось их убивать. Мы просто забирали яйца прямо из гнёзд, пока птицы отлучались поесть. Я научила других смотреть яйца на просвет, чтобы там не было зародыша.

Так прошло полтора месяца. Мне даже начало надоедать. Кажется, я понимаю, почему они приходят сюда только зимой, а не живут здесь постоянно. Летом наверное жара, от которой не спрятаться. А кондиционеров еще не изобрели.

В конце января мужчины притащили с охоты косулю и какие-то брёвна. Решено было делать больше деревянных тарелок и других посудин для разной цели. Тонкими ножами и скребками получалось быстрее и аккуратнее. Я и правда заметила на общей сходке, что там такая утварь пользуется популярностью, а наше племя мало ею пользовалось. Созрели, наконец.

Иногда я уходила гулять одна вдольберега, наслаждалась шумом волн, запахом и солёным ветром в волосах. Соль оседала на коже и даже на губах, создавала такую шершавую пленку. Что-то в этом было. Пляжи здесь были в основном каменистые, но местами встречались и песчаные. Я шутила про себя, что это такой спа-центр на выгуле. Интересно, узнаю ли я эти места, когда вернусь? Что здесь будет? Ницца? Марсель? Прованс? Как сильно изменится этот берег до 21 века?

Были дни, когда ко мне присоединялся Аур и мы много говорили. Правда он чаще всего приходил, если я гуляла на закате или уже после него. Не знаю почему, ведь люди всё равно видели нас вместе. Он не позволял себе ничего, кроме как взять меня за руку и переплести наши пальцы. Я была не против, мне это даже нравилось.

Мы никогда не говорили о нас, только о жизни, занятиях племени, будущем переходе весной, о море. Моё сердце ныло от желания быть любимой, моё тело тянулось к нему. Порой я опускала голову ему на плечо и мы могли долго так сидеть. Но от продолжения я сама себя останавливала. Пытка какая-то, честное слово. Садомазохизм. Вот же он, рядом, доступный и желанный. И я нравлюсь ему, он будет нежным, я знаю, он остановится, если я захочу. Нет же, сама его отталкиваю. Ну не дура?