Книга Вынужденный договор с демоном, страница 124 – Ирэн Блейкстар

— Прошу. — Мужчина галантно указал мне рукой в сторону дивана с креслом.

Кивнув благодарно, я прошла в указанное место и расположилась на диване. Хозяин кабинета сел в кресло, и судя по тому, как именно лежала книга, это было его любимое место.

Мы чинно сели, не спеша говорить. Я молчала, потому что первым должен начать разговор хозяин кабинета. А архонт безмолвствовал, словно не знал, с чего начать беседу.

Молчание затягивалось, давя тишиной по натянутым нервам.

Длинные, ухоженные пальцы архонта потянулись к лежащей на столе книге, название которой я успела прочесть и удивилась. Это был труд древнего философа, Аристархиэля Мудрейшего, «Риторика. Двоякие речи», относившийся к эпохе Дораскольных времён. Эльфийский мудрец жил и творил в те времена, когда мир Нурхадара ещё не познал жестоких божественных войн и имел два полушария: Восточное — наше, и Западное — давно утраченное для нашего мира.

— Когда мне нужно подумать, я всегда читаю труды Аристархиэля Мудрейшего, — разбивая неловкую тишину, пояснил архонт, явно видя моё недоумение. — Они помогают принять верное решение.

Я напряглась. Не нужно быть гением, чтобы понять: речь идет обо мне. Сердце замерло, а потом пустилось вскачь. Во рту пересохло.

— И к какому решению вы пришли? — собственный голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась.

Ответить мне архонт не успел. В дверь постучали, и после громкого разрешения войти на пороге кабинета появился Витариэль с серебряным подносом, заставленным чайнымипринадлежностями. Парень быстро подошел к столику и шустро расставил перед нами блюдца с чашками из глаческого фарфора.

У нас дома тоже был такой чайный набор — подарок моего прадедушки его возлюбленной. Нортландский сервиз из тончайшего фарфора имел серебристо-белый узор, напоминающий морозный рисунок, и был невероятно дорогим, но самым желанным предметом чайной церемонии.

Секретарь взялся за пузатый чайник, чтобы разлить напиток, но архонт его остановил:

— Дальше я сам, Витариэль. Ты свободен.

Парень поклонился и уверенным шагом покинул кабинет.

Архонт взял чайник и молча разлил душистый напиток. Комнату наполнил аромат жасмина, смешанный с запахом клубники. Ко мне подвинули вазочку, наполненную небольшими кусочками светло-коричневого кленового сахара.

Я взяла один небольшой и, положив его в чашку, начала медленно помешивать серебряной ложечкой.

Архонт же подхватил несколько больших кусочков сахара, забросил их в чашку и тоже начал задумчиво размешивать. Отложив ложечку в сторону, он подхватил блюдце, взял с него чашку и сделал маленький глоток исходящего паром напитка. И все это в полном молчании.

Я же от внутреннего напряжения не могла заставить себя пригубить напиток. Все же так эффектно держать паузу и выжидать, как это виртуозно делал архонт эльфов, я не могла. Банально не хватало многолетней практики.

— Я пришел к выводу, что за триста лет в полной мере стал штальцем, потеряв привязанность к Эйнланду. А ещё я понял, что во мне больше архонта, чем родственных уз к роду Рассветных.

Услышав сказанное Арониэлем, облегченно выдохнула. Оказывается, все это время я не дышала.