Книга Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки, страница 29 – Эми Эванс

Спорить я не стала. Не после увиденного и ощупанного. И теперь точно знала, что, когда я загляну в дом в следующий раз, он изменится до неузнаваемости.

Впрочем, это мне не помешало испытать некую долю сожаления при расставании со своим фаянсовым другом. И, нежно проведя рукой по бачку унитаза в последний раз, я все же покинула сначала ванную, а потом и дом.

В этот раз отправляться на свой дозорный пункт не стала. И, немного поколебавшись, все же переступила порог дома, выходя на улицу. Но с вполне конкретной целью.

Обошла дом по кругу. Покрутилась около того места, где, по моим предположениям, должна находиться ванная комната. Но снаружи никаких изменений и, тем более увеличений дома, обнаружить мне так и не удалось.

И, кажется, до меня, наконец, начал доходить смысл замысловатого термина. И я стала отчетливо понимать, что такое «пространственный карман» и с чем его едят.

Осмотрев внимательно снаружи ветхую лачугу, ставшую мне домом, и изучив ее вдоль и поперек, я с облегчением осознала, что никаких изменений, устроенных дракончиком, снаружи не видно.

Дом за прошедший час ни капельки не изменился, не преобразился и уж точно не стал выглядеть больше.

И это хорошо. Определенно, хорошо. Только лишнего внимания нам и не хватало.

Со спокойной душой вернулась на свой контрольный пункт, все еще опасаясь лишний раз отсвечивать снаружи, и уместившись на табурете, принялась ждать.

В этот раз ожидание затянулось. По внутренним ощущениям, первый час сменился вторым, затем начал свой ход третий. И лишь к исходу третьего часа ожидания, когда я вся уже изнемогала от нетерпения, а тело одеревенело от долгого сидения в неудобной позе, дракончик вновь выглянул наружу.

— Почти все готово. Остались лишь мелкие штрихи, — произнес он, поманив меня внутрь.

Вскочила с табурета я с готовностью. И с той же готовностью широко распахнула дверь, ведущую из веранды в кухню, и переступила порог.

Теперь изменения были налицо. От пыли, грязи, паутины не осталось и следа. Впрочем, как и от старой мебели.

Щербатый деревянный пол, прогнивший в кое-каких местах, сменился новенькими, глянцевыми, прочными досками. Унылые коричневые стены покрылись светлыми обоями с нежным, цветочным узором.

Потолок как будто приподнялся. Кухня стала выглядеть светлее. И все благодаря несколькими лампам, висящим под потолком.

Оба окна преобразились, увеличились в длину и ширину. И теперь крепкие рамы с широкими подоконниками радовали глаз и добавляли помещению еще и естественного освещения.

Дракончик даже не обошелся без тонких белоснежных занавесок и горшочков с цветами, которые на широких подоконниках с комфортом и разместились.

Взгляд все блуждал по изменившей до неузнаваемости облик кухне и подмечал каждую деталь.

Старый стол с замусоленной скатертью исчез. Вместо него появился круглый столик с резными ножками, белоснежной узорчатой скатертью и четырьмя стульями с такими же узорами на ножках, что и у стола.

Обеденная зона была ближе к входу. А всю заднюю и левую стенку, отделяющую кухню от спальни, занимала зона кухни.

Напольные и навесные ящики были новыми, светлыми и аккуратными. Имелась в наличии раковина. Нормальная.С краником и двумя вентилями для горячей и холодной воды. Еще была плита. Немного необычная на вид, правда. Зато с легко угадываемыми конфорками. И без духового шкафа дело тоже не обошлось.