Книга Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки, страница 3 – Эми Эванс

Мне некогда было всем этим заниматься, я работу свою выполняла. Но по итогу этого даже никто не заметил и не оценил.

Вот так и получалось, что после целых шести лет я осталась у разбитого корыта. Жених ушел, с работы уволили, да еще теперь и сбережений никаких не осталось.

И как я протяну хотя бы ближайший месяц, я не имела ни малейшего представления.

А все, что у меня есть, эта чертова коробка с моими личными вещами из офиса. И, кажется, даже эта коробка дорогу домой не переживет.

Черт бы побрал этот дождь, которого в прогнозе погоды даже не было! Мало того, что я расклеилась, так теперь та же участь грозит и коробке.

Резкими движениями стерев со щек слезы, я дождалась, когда на светофоре загорится зеленый, и шагнула на переходный переход.

— Зарецкая! — окликнул вдруг меня знакомый голос, — Зарецкая, подожди! Да стой же ты, Алевтина!

Стремительно обернувшись, увидела Павла, своего коллегу по работе. Он стоял у самого края пешеходного перехода и, согнувшись в три погибели, пытался отдышаться.

Похоже, он даже бежал под дождем, чтобы меня догнать. Но зачем?

Неужели они передумали и сейчас попросят меня вернуться?

Но увы. Я оказалась еще наивнее, чем считала раньше.

— Ты блокнот свой забыла, — отдышавшись, произнес наконец Павел, — Вот, решил вернуть, пока ты не ушла.

Да черт бы побрал и их, и этот блокнот! Выкинули бы, и дело с концом. Зачем возвращать было? Со мной-то они не церемонились…

Захотелось огрызнуться и выплеснуть всю свою боль и обиду на Павла. Но в последний момент я осеклась. Он к моим проблемам не имел никакого отношения. Так что незачем почем зря обижать человека, который всего лишь хотел сделать доброе дело.

— Ладно, давай сюда этот блокнот, —вздохнула я обреченно.

И, развернувшись, зашагала по пешеходному переходу обратно.

Но коробка в моих руках не нашла другого, более подходящего момента и решила, что сейчас самое время откланяться и ей.

Дно отвалилось, грязной промокашкой падая на мокрый асфальт. А все мои вещи рассыпались прямо по дороге, разлетаясь в разные стороны.

Часть их них угодила прямиком в огромную лужу и спасению уже не подлежала. Но вторую часть еще можно было спасти.

И, глотая слезы от обиды и бессильного гнева, я опустилась голыми коленями прямиком на мокрый, холодный асфальт и принялась сгребать все свои немногочисленные пожитки.

Все дальнейшее происходило для меня, как в замедленной съемке.

Вот раздается громкий гудок. Глаза режет ослепляющий свет фар. Автомобиль с диким свистом и визгом пытается затормозить, поднимая колесами пар и воду.

Но влажная от дождя дорога этого сделать не позволяет. И огромный железный конь продолжает стремительно нестись прямо на меня.

С трудом различаю перепуганное до ужаса лицо Павла, бросившегося ко мне. Но уже было слишком поздно.

Хлопок. Звук удара. Хруст.

Все это слышу словно через толщу воды. Так, будто и происходит вовсе не со мной.

И в последнее мгновение, прежде чем сознание погрузилось во тьму, успеваю увидеть маленького изумрудного дракончика, чьи янтарные глаза с тонким, вытянутым зрачком, впиваются прямо в меня.

Приходила в себя я медленно. Тело после полученного удара нещадно болело и, по ощущениям, представляло из себя одну огромную гематому.

Голова гудела. В горле пересохло. Конечности слушались меня плохо. А глаза и вовсе не хотели открываться, словно налитые свинцом.