Книга Вторая жизнь графини, или снова свекровь, страница 25 – Анастасия Гудкова

И тут… Капитан вдохнул — и я почувствовала, как воздух вокруг сгустился. Впервые за всё это время я поняла, что он не просто военный, а маг.

Он протянул руку — без жестов, без выкриков, без пафоса. И воздух вспыхнул серой вспышкой, отбросивший всех нападавших на землю. Трое рухнули без чувств. Двое поползли обратно в чащу. Один остался валяться, стонал о какой-то матери и клялся, что уйдёт в монахи.

Джереми подошёл, снял перчатку, взял меня за руку — и потянул к себе.

— Всё хорошо, — сказал он негромко. — Вы в безопасности.

Я стояла, прильнув к его груди, дыша слишкомбыстро, и не сопротивлялась. Руки сами нашли его плечи. Он пах дымом, кожей, металлом… и чем-то ещё. Уверенностью. Силой. Спокойствием.

Сердце билось в горле, и я вдруг почувствовала, как всё моё величие, холод и строгость улетучиваются, как пыль с полки.

— Вы… — только и выдохнула я, но слов не хватило.

Капитан смотрел спокойно. Его рука держала меня крепко, но не грубо. В его глазах не было насмешки — только уверенность, как будто он знал, что всё под контролем. И я снова, как в прошлый раз позволила себе расслабиться. Но только на мгновение. А потом испугалась. Того, как мне хорошо рядом с ним, и того, как он на меня влияет. Испугалась сама себя.

— Отпустите меня, — сказала я резко и отстранилась, натягивая на себя маску безразличия. — Вы… слишком много себе позволяете.

Мужчина прищурился и едва заметно усмехнулся.

— Да, конечно. Простите, забылся. Наверное, я должен был позволить этим оборванцам обчистить вас до рубашки.

Я аж задохнулась от его наглости.

— Вам не говорили, что вы грубиян?

— А вы могли бы сказать хотя бы «спасибо», графиня, — ответил он с тем самым невозмутимым выражением лица, от которого мне хотелось либо ударить его, либо…

Нет. Только ударить.

— Благодарю, — процедила я, — но не думайте, что это оправдывает вашу манеру вести себя как герой дешёвого романа.

Он поклонился. Без насмешки, с достоинством.

— Как скажете, графиня. Но если вдруг вам снова захочется оказаться в моих объятиях — просто крикните. Вдруг кто-то снова решит вас ограбить.

И он спокойно пошёл к кучеру, оставив меня стоять с сердцем, бешено колотящимся под корсетом, и желанием…

В городе мы пробыли всего ничего. Я отдала свои кровные казначею в городской ратуше и сразу же отправилась обратно. Джереми сопровождал меня всюду, словно чёртова тень, молчаливая и пугающая. А я старательно делала вид, что не замечаю его.

Обратная дорога оказалась мучительно долгой. Точнее — невыносимой.

Капитан сидел напротив, сложив руки на коленях, выпрямив спину, будто и не было ровным счётом ничего. Ни нападения. Ни разбойников. Ни моих дрожащих рук на его груди.

Мужлан с манерами. Молчаливый, как статуя, и такой же каменный на вид. Наглый, уверенный, раздражающе невозмутимый.

Я сидела напротив, будто на иголках. Разглядывала пейзаж за окном, делала вид, что читаю накладную, пересчитывала остаток монет в сундуке, только бы не смотреть на него. Только бы не вспоминать, как он держал меня в объятиях. И как мне это понравилось.

— Вы вся дрожите, графиня, — вдруг сказал он. — Замёрзли?

— Нет, это от злости, — отрезала я. — Что вы себе слишком многое позволяете. Опекаете меня, корчите из себя проклятого спасителя.