Книга Марийон, Зима в Венесшале, страница 23 – Вера Платонова

— Обижаешь.

До вечера Мари неотступно следовала за Эллой, смотрела и запоминала, как и что она готовит, помогала убирать со столов и на кухне. Работы оказалось предостаточно и кухней она не ограничивалась. Мадам Кримхильда периодически заглядывала к ним и давала новые и новые распоряжения, которые росли как снежный ком.

— Ну вас же двое теперь, дармоедок. Отрабатывайте проживание. А то сидите тут и продукты мои небось сжираете. — ворчливо поясняла она. — На кухне и для одной-то работы маловато. Так что давайте-ка еще выбейте ковры из пятого полулюкса, и третьего люкса. Остальное — завтра.

Несмотря на постоянную занятость и нелюбезное обращение, на душе у Марийон было спокойно: у нее была крыша над головой, Забияка втайне от хозяйки был пристроен в их с Эллой комнатенке и накормлен обрезками с кухни, да и Элла была настолько смешливой и приветливой, что с такой компанией можно было справиться с любыми трудностями.

Единственное, что портило настроение, это Гри, который появился на ужине и занял свободное место. Элла как раз отлучилась в погреб за припасами, и Мари пришлось выносить ему ужин. Завидя Мари в белом фартуке и с тарелкой в руке, рыцарь чуть не поперхнулся вишневым пивом, которое пил из огромной кружки:

— О, святой Иоанн! Уж не мерещится ли мне.

— Не мерещится. — Мари поставила тарелку на стол с размахом, сверху бряцнула вилку.

— А что, капитан наличностью не снабдил? Никак поругались? Или он не предлагал серьезных отношений? — с видимым удовольствием спросил Гри.

Мари злобно посмотрела на него и с угрозой прошептала:

— Я бы не стала злить человека, который имеет доступ к твоей еде.

— Ну ты полегче с угрозами, а то пожалуюсь хозяйке. Вон она за тобой смотрит, как ястреб.

Мари оглянулась: Кримхильда, действительно, пристально наблюдала за их разговором, поджав губы, Мари растянула губы в приторной улыбке и ехидно спросила:

— Что-то еще?

— Да, пивка подлей. — он подвинул ей кружку.

«Какой низкий человек! Еще и рыцарь. Тожемне сир! Сыр Бри! Чтоб тебя ледяной голем сожрал!» — бормотала Мари, открывая кран у бочки с пивом. Тот внезапно взбесился, зашипел, и залил передник и лицо Мари густой пивной пеной.

— Ой! — прыснула Элла, выходящая из кухни. — Я тебе еще не показала. Тут кран с хитрушкой. Его нужно сначала потихонечку открывать, а потом посильнее.

— Четверть веника — штраф. — Сухо сказала Кримхильда.

— Но это же неисправность оборудования! — возмутилась Мари, утирая лицо от пены.

— Половина веника.

Вечером, обустраивая постель, не чувствуя ног, рук и спины, Марийон поддалась унылым настроениям, представляя, что завтра ни свет ни заря, ей предстоит снова заниматься этой беготней, носить тяжелые кастрюли, выполнять унизительные поручения.

— Элла?

— Чего? — отозвалась та.

— Как думаешь. Сколько стоит билет на корабль?

— Ну это смотря куда.

— Да хоть куда. Хоть к дикарям в Равойскую пустыню.

— Ну до пустыни ты вряд ли доплывешь на корабле, там еще и идти надо с верблюдами или осликами какими, не знаю, что у них там. Ну, к примеру, до Западного можно добраться веников за двести, по-скромному.

— Мда… с щедростью твоей матушки я тут состарюсь прежде, чем накоплю.

— Да ладно тебе, не грусти! Эх, не хотела показывать. Обещай, что никому не скажешь ни слова. Это секрет. Обещаешь?