Книга Последняя роза Дивеллона, страница 93 – Вера Платонова

– Ты что, сочувствуешь мне? Это я написала записку и втолкнула тебя в клетку с аторхами в надежде, что чернозубые разорвут тебя на лоскуты! А её оклеветала! – она ткнула пальцем в Айну. – Думаете, жалею?

– Вот тварь! – рявкнула Волчица, хватаясь за меч.

– Ну давайте убьем теперь друг друга! – взвизгнула я. – Все изменилось сейчас. Насколько я понимаю,от головы дочери Цхатаса Вальд тоже не станет отказываться. Про нас с Айной итак все ясно… Нам всем бы выжить, потом уже разберемся, кто кого ненавидит.

– Твое предложение? – вперилась в меня Деценна своими темными и пытливыми глазами.

– Добраться до нашего войска, отыскать Айволина и сообщить ему об измене. А он что-нибудь придумает.

– Пф! – снова фыркнула Деценна. Айна хохотнула.

– Что же он сделает? – с издевкой спросила дочь Цхатаса. – Попросит аторхов обождать с нападением, пока его величество освобождает свою столицу?

Я тоже фыркнула, обиженно задрала нос и демонстративно поджала губы.

– Тогда ваши предложения.

Но ничего толковее они сами не смогли придумать. И в итоге мы все равно решили держать путь к нашим войскам. Но для начала Айна тайно сбегала к дому Береза, старосты Ингвы, разбудила старика и до жути перепугала известиями и своим внешним видом, но добыла не только лошадей, но и кое-что из еды.

Когда лошади всадников, посланных за нами в погоню подняли пыль в самом начале села, мы уже благополучно миновали Ингву и, свернув с большака, ехали по узенькой дорожке среди леса. Тряска в грубом и жестком седле усугубляла мое самочувствие.

Я понимала, что Айна, несмотря на показную грубость, сопереживает мне. Она даже вынудила Деценну, поменяться со мной лошадьми, чтобы я могла ехать на более удобном седле и вышколенной кобыле. Но это не особо мне помогало.

Я же нет-нет, да и приглядывалась к лесу, но не из-за страха преследователей, а в поисках темных теней, которые без сомнения должны были появиться, как это происходило всякий раз, как мне случалось покидать отчий дом или Твердыню на продолжительное время.

– Мне требуется привал, – заявила я, чувствуя, что если мое тело не побудет хоть немного в состоянии покоя, то произойдет что-то непоправимое. – Если вы хотите, можете оставить меня здесь и двигаться дальше. Точнее, я прошу вас оставить меня здесь и двигаться дальше.

– Тю, маленькая королева решила быть благородной! – подняла глаза к небу Деценна.

И почему она меня так не взлюбила?

– Я бы тебя с удовольствием оставила здесь сидеть под елкой, – сказала Айна, складывая брови домиком, и останавливая лошадь, – но бросить маленького Айва не могу. Что он обо мне будет думать? Что я бросила его мать одну, немощную, в лесу?

– Он ничего не будет думать, – Деценнапостучала кулаком по голове. – Этот зародыш тебя знать не знает.

– Не нужно называть мое дитя зародышем, – заметила я ей строго. – И с чего это вдруг я немощная.

– Немощная и есть, – пробурчала Деценна, продолжала меня злить.

– Может, и не будет, – вздохнула Айна. – Может, ты и права, а все равно не могу.

– Скоро здесь появятся аторхи, – я решила растолковать им смысл своей просьбы яснее, – и я не могу обещать, что они не нападут на вас.

– А тебя, значит, не тронут? – Деценна подняла бровь.

– А меня нет. Более того, я быстрее вас доберусь до границы. Гораздо быстрее. Даже если вы сейчас пришпорите лошадей и умчитесь вперед, – я взглянула на них чуть свысока. У меня тоже имеются кое-какие преимущества, пусть не думают, что я какая-то никчемная обуза.