Книга Дерево красной птицы, страница 97 – Вера Лейман

Кымлан хмыкнула, глядя, как она пытается устроиться так, чтобы не уколоться иголками. Сольдан уснула сразу, стоило только закрыть глаза. Долгий путь ее вымотал.

Еще хуже дело обстояло с Исугом. За прошедшие два дня они проехали не один постоялый двор, но у них не было ни денег, ни каких-либо ценностей, чтобы обменять на овес или хорошее сено. Вся трава почти засохла или вымерзла от холодов, и приходилось долго искать места в лесу, где Исуг мог поесть. Вода в реках ночами покрывалась тонким слоем льда, и только днем, когда разогревало, Кымлан водила его на водопой. Она с жалостью смотрела на впавшие бока животного, не зная, что делать. Им нужно оказаться в Куннэ как можно скорее. Но Исуг и так нес большую ношу в виде двух девушек и ехать быстрее просто не мог. Кымлан старалась большую часть дороги идти пешком, оставляя в седле только Сольдан, но тоже чувствовала себя вымотанной прошедшими днями.

Оказалось, вырваться из мохэского плена было только началом. Впереди их ждали большие испытания.

Кымлан подошла к мрачно жующему траву Исугу и виновато погладила черный бок.

– Прости, что не могу позаботиться о тебе, – прошептала она. – Обещаю, когда мы прибудем в Когурё, я накормлю тебя самым вкусным овсом, какой только есть в стране!

Конь продолжал трапезу, не поднимая головы, будто обиделся на свою новую хозяйку, которой теперь вынужденно служил.

Холодный ветер ледяными пальцами проникал за ворот и практически задувал костер. Кымлан протянула руку, чтобы огонь разгорелся ярче. Единственной радостью в их кочевой жизни оказалось то, что благодаря ее способностям они в любой момент могли согреться.

– О чем думаешь? – спросила Сольдан, осторожно приподнимаясь на подстилке. Дрожа от холода, она придвинулась ближе к огню.

Кымлан задумчиво смотрела на плясавшие ярко-оранжевые языки.

– Почему ты не осталась с мохэ? Ты смогла бы быть ближе к Даону. Кажется, он тоже испытывает к тебе чувства.

– Ох, Кымлан… Вот во всем ты хороша, кроме любовных дел! – Сольдан нарочито весело рассмеялась, скрывая тем самым душевную боль. – Ну сама посуди, зачем ему я? Нищая, безродная бродяжка, которая всю жизнь провела в рабстве.

– Глупости! Ты просто сокровище! – возразила Кымлан. – И Даон, я уверена, считает так же, иначе не стал бы предлагать тебе помощь.

Сольдан вздохнула, неосознанно водя пальцами по меховой оторочке плаща.

– Наверное, пожалел меня. И, возможно, чувствовал ответственность за меня после того признания. Смешно тогда получилось, правда? – Она улыбнулась, но ее улыбка вышла печальной. – Хотела бы я родиться в знатной семье. Тогда было бы не стыдно стоять рядом с таким благородным человеком.

– Глупости говоришь. Уверена, Даону безразлично твое происхождение, – отозвалась Кымлан. – Он не тот мужчина, для которого родословная имеет значение.

– Возможно. – Сольдан неопределенно качнула головой. – Но дело не в этом. Посмотри на нас. Я ему не ровня. Мы слишком разные. Вы с Мунно одного поля ягоды, а мы с Даоном – из разных миров. Но я сделаю все, чтобы измениться и встать с ним на одну ступень.

За прошедшие дни Сольдан тоже изменилась. Детская веселость уступила место взрослому осознанию собственного пути, на котором у нее появилась цель. К сожалению, такой путь Кымлан не подходил. Как бы ей ни хотелось провести всю жизнь с принцем Науном, это была лишь несбыточная мечта.