Книга Во главе обмана, страница 147 – Лия Арден

Нравились её неуклюжие, хоть и упрямые попытки заигрывания, её хрупкость и доверчивый взгляд. Она не боец, вряд ли когда-либо держала оружие в руке – и всё же выстрелила в себя, чтобы спасти Кассию. Она не хотела пугать брата, хотя тот вполне мог постоять за себя как физически, так и морально.

Мениск Лазарис был напряжён и недоверчив, оказавшись в незнакомой компании. Он поглядывал на Кассию, Иво и Кая с молчаливым недоумением, вероятно, желая поговорить наедине с сестрой, но та попросила об их непосредственном присутствии, заверяя, что ей понадобится помощь в рассказе. И Пандея начала издалека, со своего второго похищения, как она встретилась с Иво, Каем и Элионом. Уже только это привело Мениска в замешательство: он не знал.

Потом Дея вспомнила о перестрелке, ранении Иво, нападении в её квартире и похищении из магазина одежды. Иво устало потёр лицо, поражаясь, как много им выпало всего за какие-то пару недель. Только при рассказе про полемархов Гемеры и ихор Калиго Кай, Иво и Кассия принимали участие, когда Пандея просила помочь с деталями.

Мениск слушалтерпеливо. Лишь изредка возражая, сопротивляясь и задавая вопросы, которые, как он думал, разоблачат их враньё, но на каждый его вопрос и претензию они находили объяснение. Брат Пандеи бледнел не хуже своей сестры, изредка его взгляд стекленел, затянутый далёкими воспоминаниями. Кассия создала для него, а после и для всех остальных по стулу, заметив, что Мениску определённо стоит присесть.

Его лицо вытянулось, когда Пандея заговорила о первом похищении. В этот раз она рассказала брату всё: про онира внутри себя, про перерезанное горло и про то, что похитители намеревались сделать с самим Мениском, если бы его сестра не стала тем самым чудовищем.

Пандея не упомянула изнасилование, явно не зная, как признаться в этом брату. Она попыталась, но в итоге увела тему дальше. Пандея ни разу не заплакала, хотя время от времени её знобило, а слова выходили через силу, надтреснутым голосом. Иво хотелось её обнять, успокоить, но он держал себя в руках и молчал. Он видел схожее сожаление в глазах Кассии, но она и Кай тоже оставили слова утешения при себе.

Иво не знал, сколько занял её рассказ, время на землях Фобетора будто не двигалось вовсе. Вокруг были одни чёрные и серые дюны – если где-то поблизости и бродили чудовища, то благодаря Каю держались подальше.

– Дея… – Мениск откашлялся, облизал губы, ища подходящие слова. – Я в курсе, как мой… страх в детстве тебя обижал. Я не хотел этого, просто… не мог контролировать всю ту панику.

Пандея глядела на брата с настороженным ожиданием. Она сидела на краю своего стула вся напряжённая, казалось, не дышала. Обвиняемая, ждущая финального вердикта от судьи.

– Я не понимаю, как мне во всё… поверить. – Его взгляд прошёлся по Иво, Каю и Кассии. – Они, как я понимаю, свидетели, но… это какой-то абсурд.

– Ты мне не веришь, – сникла Дея.

Мениск резко встал, и Пандея невольно повторила за ним, то ли удивлённая, то ли испуганная внезапным движением брата. Он заметался из стороны в сторону, что-то нервно бормоча себе под нос, но успокоился раньше, чем Пандея сумела что-либо спросить.

– Дея, – с внезапной лаской вкрадчиво позвал Мениск, оказавшись перед сестрой. Он умело вернул маску собранности, словно все вокруг сходили с ума, и он понял, что надо сохранить трезвость рассудка. – Я люблю тебя, ты ведь знаешь это?