Книга Во главе обмана, страница 167 – Лия Арден

– Твоя сестра глупа, кирий?

– Нет. Она умная и рассудительная, – сдался он.

Мениск протяжно выдохнул и как будто чуть-чуть расслабился, приняв неудобную ему правду.

– Тогда почему ты считаешь, что именно в вопросе своего онира Пандея ошибается? Почему думаешь, что здесь она растеряла весь свой ум?

Вопросы не требовали ответов, и Мениск это знал. Он обвёл взглядом пейзаж, прежде чем вновь вернуть внимание к Иво. И коротко кивнул, признавая поражение.

– Она ценит твоё мнение. И твоя поддержка нужна Пандее больше, чем моя, Кая или Кассии, – мягче пояснилИво, уверенный в своих словах. – Если ты действительно любишь сестру, то позволишь ей распоряжаться собственной жизнью, даже когда волнение за её здоровье и благополучие причиняет тебе неудобства и плодит страхи.

Иво умолк, ощутив сдавившую горло хватку. Он был знаком с этим чувством. В конце концов, он привязался к Кассии, которая родилась с мишенью на спине, он любил Кая как брата, который, несмотря на всю свою рассудительность, не знал, где тормоза. А при воспоминаниях об Элионе Иво вовсе продолжал испытывать боль, хотя того уже годы не было в живых.

Они все брали на себя риски, а Иво оставалось только помогать и справляться с тревогой за них, зная, что они испытывают то же самое, когда он лезет куда не надо. Сам не без греха.

Иво невольно задержал дыхание, впервые осознав, что держится от Пандеи подальше вовсе не из-за социальной пропасти, а из-за собственных страхов. Он сомневался, что выдержит тревогу ещё и за её благополучие, а та обязательно усилится, если он подпустит её ближе. Иво потёр переносицу и прочистил горло, заметив, что пауза затянулась. Из дома вышла Веста, и ей хватило короткого кивка от Иво, чтобы развернуться и уйти к роще. Взмахом руки он пригласил Мениска пройтись.

– Уверен, твоя сестра будет рада тебя видеть, кирий.

И он оказался прав. Лицо Пандеи просияло, стоило им оказаться в поле её зрения, а когда Мениск неловко извинился, то облегчение отразилось во всей её позе. Она буквально преобразилась: повеселела, выслушав объяснение брата и встретившись взглядом с Иво. Последний остался в стороне понаблюдать за разговором и дальнейшей тренировкой. Не сказать, чтобы у неё лучше получалось, но Дея перестала остро реагировать на неудачи, расхохоталась, когда онир облюбовал Мениска и забрался ему на спину, из-за чего тот застыл как изваяние, округлив глаза. Дея веселилась, ближе знакомя брата со своим странным подобием питомца. Кассия улыбалась, похоже, привыкнув к этому ночному кошмару поблизости. Она звала его «сморчком» и не воспринимала всерьёз из-за маленьких размеров, поэтому пушку доставать прекратила.

Все с недоумением уставились на Иво, когда онир терпеливо замер перед ним. Что кошмар хочет, он не знал, но тот выдерживал почтительное расстояние. Напуганным, как перед Каем, не выглядел и облеплять ноги, как с Мениском и Деей, не стал.

Хоть Иво встречался взглядом с Пандеей, не единожды отвечал на её улыбки кивком, но за вечер не перекинулся с ней и парой слов, пока она сама к нему не подошла. Было совсем поздно, пришло время возвращаться домой.

– Иво, постой! – позвала она, заставив его обернуться. Пандея спешила, нагоняя его за пределами рощи. Иво намеревался первым уйти, как раз чтобы избежать неловкого разговора, но не вышло.