Книга Во главе кошмаров, страница 240 – Лия Арден

– А нижнее бельё? – с сонной улыбкой напомнила я, потому что трусы для меня он даже не попытался найти.

– Со мной в постели оно тебе не нужно, – без смущения возразил Кай, указывая на кровать.

Спорить я не стала: запас терпения у него весьма ограничен, и мне не хотелось, чтобы он порвал все мои трусы. Я забралась на кровать и прильнула к Каю, как только он лёг рядом. Щекой чувствуя его сердцебиение, я не могла вспомнить ни одну из своих тревог.

– Камаэль.

– М-м?

– Я люблю тебя.

Это вырвалось не случайно, но по-детски легко. Я не стеснялась правды, тем более теперь, вспомнив, что призналась ему в этом не впервые.

– Ты карамель любишь, а не меня, – со смешком напомнил он, и я тихо засмеялась.

– Хорошо, я люблю карамель и тебя, но я ведь уже говорила тебе это, верно? – чуть серьёзнее уточнила я, не в силах вспомнить детальнее.

– Говорила.

– Когда?

Кай обнял крепче, утыкаясь носом мне в волосы. Я закрыла глаза, те слезились от сонливости.

– Спустя несколько месяцев после падения в расщелину.

Я нахмурилась, ощутив, как он напрягся всем телом, но глаза открывать не стала.

– Тебе неприятно моё признание?

– Нет, мне неприятно то воспоминание.

– Почему?

– Это были твои последние слова. На следующий день я ушёл в Санкт-Данам и больше не возвращался, пока не пришла Веста с новостью о твоей смерти.

Я не помнила этого. Морос вернул воспоминания, и всё же из-за его вмешательства моё детство походило на подранные лоскуты образов, но ощущения от потери, предательства и тоски остались.

– Ты мне что-то ответил?

Кай тихо хмыкнул:

– И что, по-твоему, такой, как я, мог тебе ответить?

– Что ты тоже меня любишь.

Его плечи затряслись в беззвучном смехе, я улыбнулась, губами касаясь его кожи.

– Именно это я и сказал, – подтвердил Кай. – Я тоже люблю тебя, Кас.

Я не стала спрашивать, солгал ли он мне тогда и лжёт ли сейчас. Не хотела знать, почему-то уверенная, что он скажет правду, даже неприятную, но эта ночь была слишком хороша, чтобы её портить. Я сжала Кая в объятиях, убеждая себя, что всё плохое осталось где-то в прошлом и необходимо сосредоточиться на грядущем.

КАССИЯ

На протяжении следующих двух недель мы почти не расставались с Каем. Если наши прошлые дни вместе ограничивались нахождением друг у друга в поле зрения, чаще всего молча из-за целого списка недомолвок и недопонимания, то эти две недели стали одними из лучших в моей жизни.

Кай отвечал на все мои вопросы, помогая восполнить пробелы детства, задавал свои, интересуясь моей жизнью до нашей встречи. Он расспрашивал о Ливии и Сирше, наверняка видя, что моё сердце по-прежнему болит, и я была рада с ним поделиться.

Мы выезжали за пределы акрополя, Кай показал мне Пелес, свои любимые места и университет, в котором учился. Так как я уже комфортнее чувствовала себя в седле, мы побывали на побережье, посмотрели ближайшие финиковые и персиковые сады. Иногда мы собирались в компании Элиона, Иво и Мейв. Я больше не ревновала, испытывая к Мейв благодарность за помощь с Элин и некоторую жалость: ей приходилось нелегко, балансируя между своей привязанностью к Анике и принятыми в её семье устоями. Хотя в лицо Мейв я ничего не говорила: моё сочувствие лишь выведет её из себя и мы поссоримся.

В другие дни мы навещали Весту. Кай высказал сестре за то, что она вновь научила меня создавать иллюзорную копию себя, однако захлопнул рот и не захотел признаваться, как узнал об этом. Я торопливо выдумала, что он просто заметил мои тренировки. Не хотелось травмировать Весту тем, что моя копия оседлала её брата, желая близости.