Книга Во главе раздора, страница 106 – Лия Арден

Даже не попробовав сливочное с печеньем, я отдала десерт Элиону, заметив, что его порции ему явно недостаточно. Он без возражений принялся и за моё мороженное, и я какое-то время наблюдала за ним с улыбкой.

Наверное, будь у меня младший брат, я бы чувствовала что-то подобное…

Внезапная мысль стёрла веселье с моего лица. Почему я подумала про младшего брата? Никогда не гадала о такой вероятности. Иногда во снах мне казалось, что у меня была старшая сестра, а поутру долго напрягала мозг, стараясь припомнить хоть что-то и выяснить, были ли те мысли плодом фантазий из-за книг и фильмов или же намёками на моё прошлое.

Но я никогда не думала о брате.

– У тебя есть братья или сёстры?

Элион облизал ложку, пару раз задумчиво моргнув.

– Нет. Я единственный сын своей матери.

– А отец?

– Без понятия, кто он.

– Ты скучаешь по маме?

Он выдал знакомую лукавую улыбку, но в этот раз она вышла натянутой, немного кривой. Я бы не заметила разницы, если бы не прожила с ним несколько дней.

– Конечно. Ради её счастья я готов на всё, – с искренней теплотой ответил он, но мои брови сошлись на переносице. Что-то было не так, но я не очень хорошо читаю людей. У Сирши выходит лучше.

– Слышала, что членов своей семьи архонты предпочитают держать поблизости, – вслух пробормотала я, пытаясь сложить его историю в единое целое. В голове всплыл разговор с Микелем, когда он отговаривал меня относить осколок к Переправе. – Ты подтвердил, что заключил сделку с Привратником, сказал, что при ошибке можно остаться у него в долгу. Ты попросил у Привратника провести тебя в Санкт-Данам, верно? Поэтому ты не подходишь к Переправе и говоришь, что меня отведёт Кай? Ты вообще возвращался домой? Неужели ты…

Я прикусила язык, оборвав предложение, когда взгляд Элиона стал менее дружелюбным, а лицо помрачнело. Он прекратил есть, и я поёрзала на стуле, восприняв перемену в его настроении как дурной знак.

– Всё верно, – коротко отрезал Элион. – Я сговорился с Привратником, чтобы он дал мне покинуть Пелес, но не пропускал никого, кто захочет вернуть меня домой.

– Тогда в чём Привратник тебя обманул? – может, не стоило наседать, но, если я сама планирую попросить желание, мне необходимо знать, как Привратник действует.

– Я пожелал, чтобы он меня выпустил в ваш мир, что он и сделал. Платой стала наша семейная реликвия, из-за пропажи которой дядя наверняка желает видеть мою голову в петле, – вначале слова Элион произносил со скрипом, нехотя, но, продолжая говорить, немного расслабился. – Однако я сглупил, попросив о выходе, но забыл о входе обратно.

– Что это за реликвия?

– Кубок Морфея, – невесело поделился Элион. – После взрыва на Переправе некоторая атрибутика сыновей Гипноса оказалась в Палагеде. Мой дальний предок спрятал его, желая отдать самому Гипносу, но тот ушёл, а Привратник не более чем посредник. В итоге моя семья продолжила беречь трофей с мыслью, что однажды мы сможем обменять его на нужные нам блага, власть или статус у самого покровителя сна. Но прошли тысячелетия, Гипнос не вернулся, и о раритете мы практически позабыли. Тот запылился в нашем хранилище.

Я закусила губу, вспоминая о кубке из легенд. Говорят, что из него по ночам Морфей поил правителей или героев, даруя им вещие сны. Однако кубок обладал волшебством видений будущего, только если из него маковым нектаром угощал сам Морфей. В руках других этот сосуд не более чем утварь.