Книга Во главе раздора, страница 222 – Лия Арден

– Ах да, ваши обещанные голоса, – с притворным сожалением вспомнил Руфус и щёлкнул пальцами.

Две оставшиеся мойры пронзительно завопили.

Первую секунду скорбный вой богинь показался просто неприятным, но спустя мгновения стал оглушающим и мучительным. Стёкла в окнах пошли трещинами, воздух загудел, многие начали падать на колени, рыдая и закрывая уши руками. Мои ноги ослабли, я тоже зажала уши ладонями, стараясь уменьшить давление, но боль была невыносимой. Только Руфус и Морос глядели на сестёр с полным безразличием, Кай рядом поморщился и согнулся, едва не выронив своё копьё. Чёрное, как и его рельефный круглый щит.

Кто ты такой?

Мои губы задвигались, когда Кай взглянул в мою сторону. Он понял вопрос, но не отреагировал. Стены дрожали от непрекращающегося крика богинь, мрамор под ногами лопался, разламываясь на части, но самым уязвимым оказался потолок. Несколько кусков обрушились, и боль от воя не могла предотвратить панику. Все бросились врассыпную, началась суматоха.

Атропос голыми руками набросилась на Дардана, который выглядел как Жнец и назвался Моросом. Руфус принял на себя шквал настоящего пламени от царя Огня. Если бы могла, я бы вскрикнула при виде окатившей Гипноса стихии, но собственный голос мне не подчинялся. До боли распахнутыми глазами я смотрела, как пожар скрыл Руфуса. Однако спустя миг оранжево-красный огонь почернел и рассыпался на пол пеплом, не оставив на Гипносе ни единого ожога.

Дардан трижды уклонился от атак Атропос, а после опрокинул сестру на пол. Падение было настолько мощным, что старшая мойра оставила вмятину в мраморе. Обычный человек остался бы там лежать в крови, переломанный, как старая кукла, но богиня, изрыгая проклятия, встала с малочисленными ссадинами, а её платье лишь местами покрылось каменной пылью.

Гипнос расслабленным взмахом руки вернул почерневший поток пламени царю Огня и ещё двоим главам других Кланов, которые намеревались присоединиться.

Один из кусков лепнины рухнул мне на плечо, задев голову, и я упала, а очнулась уже на полу вновь от звона щита Кая прямо надо мной. Тот отбросил Мелая с мечом подальше и сдержал атаки огненных близнецов.

Пол раскачивался, меня мутило от шума и боли в голове. Всё вокруг расплывалось, а дышать стало тяжело от гари, каменной пыли и пепла в воздухе. Я едва удерживала остатки еды в желудке от запаха горящей плоти.

Одни дрались, другие вопили от страха, а кто-то, как Лахесис и Сирша, были мертвы. Тело моей подруги больше не висело на металлических копьях. Металл опять стал жидким и рухнул на пол, а Сирша оказалась погребена под двумя чужими телами. Я нашла её по прядям розовых волос. Чуть в стороне Мейв и Элион с гримасой ужаса старались оттащить Иво с изуродованным лицом. Какой-то даорий схватил Мейв за волосы, и, прежде чем Элион успел что-либо сделать, ей быстрым движением перерезали горло.

Всё вокруг замедлилось, приглушённые звуки растягивались, искажённые неверно текущим временем. Я не вставала на ноги, не видя спасения из эпицентра развернувшегося кошмара. Хрупкая Клото продолжала выть от горя, таща тело Лахесис к одной из дверей. Атропос до крови расцарапала лицо Моросу, Руфус с полным безразличием, словно полую скорлупу, сдавил пальцами голову одному из царей. Лицо даория превратилось в месиво, сделав его неузнаваемым. Среди всего я слышала, как не переставая плакала сивилла. Кай выполнил обещание и проткнул Троя копьём. Тот дёргался в предсмертных судорогах, пока Лисандр валялся без сознания у него под ногами.