Книга По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 2, страница 77 – Ольга Камышинская

– Ну, так у всякой зверушки свои погремушки… Задаток – половина, остальное после возвращения. И обратную весточку от него привезешь.

– Если он сам захочет передать…

– Не сомневайся, захочет.

С этими словами Ран достал из внутреннего кармана камзола сложенный вчетверо лист и положил на стол перед наемником.

– Не запечатано? – удивился тот.

– Зачем? – усмехнулся Ранвальд. – Кому захочется прочесть, тому печать не преграда… Оно на стародраконьем написано. Тут на тысячу лье вокруг не сыщешь никого, кто это поймет.

Хмырь кивнул, соглашаясь.

– Могу посмотреть?

– Сколько угодно.

Наемник развернул письмо и пробежался глазами по затейливым значкам, даже отдаленноне похожим на буквы, снова сложил и спрятал во внутренний карман.

– Рескрипт?

– А без него никак? – недовольно нахмурился Ран.

– Никак. Знаю я вашего брата, без рескрипта с потрохами сожрете или в такие дебри закинете, откуда я лет сто выбираться буду. Да тот же Тиб даже разговаривать со мной не станет.

– Всё-таки бывал раньше в наших краях, да?

– От опытных людей слыхал.

Ран без особого желания выложил на стол плоский тонкий кругляш из чистого золота, похожий на медальон. Он был меньше ладони, одна сторона его была украшена изображением восходящего солнца, а вторая – непонятными причудливыми письменами. В кругляше была проделана дырка, а в нее был продет кожаный шнурок.

Наемник придирчиво изучил вещицу с обеих сторон, одобрительно кивнул, распахнул ворот своей одежонки и надел кожаный шнур на шею.

– Другое дело. – произнёс довольным голосом. – С ним-то понадежнее будет.

Ран отвязал от пояса кожаный мешочек с золотыми монетами и, отсыпав нужное количество в ладонь, выложил их перед наемником.

– Благодарствуем… – кивнул тот и быстренько сгреб монеты со стола.

– А я сказал, иди к нам и выпей за наше здоровье!.. – Ран повернул голову на пьяные выкрики.

Знатно повеселевшая компания приставала к подавальщице Дине.

– Б-р-резгуешь?! Да ты знаешь, кому ты отказываешь?.. Да я тебя…

Но тут поднялся и резко стукнул по столу, что подпрыгнули тарелка и кружка, здоровенный мужик со шрамом на щеке:

– А ну, не шалить в приличном месте, шантрапа, а то я вас быстро! – и показал задирам сжатый кулачище.

Бунтари разом притихли и боязливо вжали головы в шеи.

Ран, наблюдавший за происходившим, улыбнулся и хотел что-то сказать наемнику, но когда посмотрел туда, где тот только что сидел, там уже никого не было.

Доминик распорядился, чтобы Верховному оракулу, учитывая его заслуги перед Алгеей, устроили пышные проводы.

Попрощаться со Святейшим пришла вся магическая знать Урсулана, да и простого люда собралось на улице у Храма Пресветлой Богини, где проходила церемония прощания, в избытке.

Черный гроб стоял на высоком величественном постаменте прямоугольной формы и утопал в белых кудлатых хризалисах, которые считались в Алгее цветами траура, и символизировали переход к новому этапу существования расставшейся с телом души: она отправлялась в темный путь за Грань Миров, в царство Теней.

Храм поражал богатым и изысканным убранством.

На украшения явно не поскупились: парча, бархат, шелк, мраморные вазоны с распустившимися слезоточащими орхидеями, белоснежные статуи прекрасных плакальщиц с заломленными в безутешном горе руками, словно немые скорбящие стражи, стояли по обеим сторонам гранитного постамента.