Книга О личной жизни забыть, страница 117 – Евгений Таганов

Потом они сидели на кухне, и куратор смотрел, как Алекс уминает полбатона с литровым пакетом кефира. О Зое не говорили, хотя Копылова и подмывало сказать, что она знает, что рассталась с ним навсегда. Еще хотелось узнать о ближайших планах, но спрашивать о них означало признать свое дальнейшее соучастие в общих действиях, от чего Алекс желал всеми силами отбояриться. Выбрал нечто нейтральное:

— А у тебя зрение точно полностью вернется?

— Обещали процентов пятьдесят, не больше. И то хорошо.

Они снова помолчали.

— Ну ты решил?

— Что? — машинально спросил Алекс, с запозданием поняв, что вопрос опять о ликвидации Николаева.

— Сам знаешь что.

— У меня завтра экзамен, мне готовиться надо. — И Копылов гордо уединился со своими учебниками в маленькой комнате.

Майору ничего не оставалось, как терпеливо продолжать ждать.

Было совершенно ясно, что чем бы дело ни кончилось, их привычным встречам-общениям пришел конец. И как-то сами собой всплыли вопросы, на которые Алексу непременно требовалось получить ответы. Почему бы не выяснить больше про то, что ему так навязывают.

Вскоре и удобный повод для этого представился. Юля распечатала фото со своей мыльницы, и Алекс принес и показал их куратору:

— Вот этот тип спрашивал у моей Юльки на меня закрытую характеристику. Не похоже, что он тоже из «Элиса». Может, по твоей конторе?

Петр внимательно посмотрел фото, потом небрежно вернул назад.

— Не знаю такого.

— А предположение?

— Какое угодно. Может, простая чекистская вербовка. Сам виноват, много болтаешь про свой английский с испанским. Вот и заинтересовал.

— Да что на мне, медом намазано, что вы все ко мне так и липнете?! — Алекс одновременно негодовал и издевался. — Так, может, ну ее на фиг, военную разведку — пойду в фээсбэшники записываться?

— Хорошее дело. Давай, давай, — поощрил его майор.

— Там же и возможностей побольше, и денег, — продолжал провоцировать Копылов.

— И стучат все побольше друг на друга.

— А то у вас не стучат. Даже в нашем интернате и то это дело на поток поставлено.

— Много тебе от этого вреда было? — Вопрос Зацепина был чисто риторическим.

Пожалуй, теперь Алексу можно было и к своим расспросам приступать.

— А что бы было, если бы я согласился — не на Николаева, а просто на твое ГРУ?

Петр понял, что вот он, его вербовочный час. Они сидели на кухне и попивали пиво с воблой.

— Для начала окончил бы разведшколу… А почему ты спрашиваешь, да еще с такой фигой в кармане?

— Ну окончил бы я ее, что потом?

— Стал бы нелегалом — и вперед.

— И что, меня вот так просто пошлют за границу с моими-то характеристиками?

Майор ответил не сразу, как следует прожевал твердый кусочек мяса.

— Ты слишком придаешь большое значение своему подростковому пустозвонству. Дело в том, что ты никогда не сможешь стать предателем Родины.

— Кто? Я не смогу?! — Алекс даже зашелся от возмущения на такую напраслину. — Да я только сплю и вижу, как сбежать из вашей вонючей России!

— Тебе не надоело? Двадцать лет балбесу через два месяца, а он все свое.

Копылов запил «балбеса» хорошимглотком пива.

— Ну и что бы я там делал как нелегал? Как ты: наскоками шифровку брал и потом в другое место передавал?

— Все точно так же, как и здесь. Согласно своим способностям, можешь остаться мелким клерком, а можешь стать большим боссом.